Деловые сделки заключались по большей части в клубах или конторах. Он редко развлекался, а если к нему приходил гость, то не из тех, что любуются обилием цветочных клумб. Теперь все придется изменить. На этой неделе он обязательно встретится с соответствующими специалистами, которые подскажут ему, что делать. Теперь у него есть жена, он надеялся, что будут и дети, а значит, необходим сад. Он мысленно начал составлять список неотложных дел и так увлекся, что с удивлением обнаружил рядом с собой Шарлотту, полностью готовую к выходу из дома.
– Это неожиданно. – Ее большие голубые глаза весело сверкнули. – Не думала, что вы даже не двинулись с места.
– Мы многого не знаем друг о друге, – усмехнулся он. – Ну, ничего. Познакомимся в процессе ухаживания.
– Ухаживания? – Шарлотта тряхнула головой, и ленты на шляпке повторили ее движение. – Какое ухаживание? Мы уже женаты.
Теперь Диринг не мог не засмеяться. Ее лицо выражало искреннее недоумение."
"– Ну, мы, вероятно, не первые, кто нарушает естественный ход вещей.
– Он предложил ей руку и внутренне напрягся. Дело в том, что он ни разу не прикоснулся к жене после их поцелуев в музыкальном салоне и теперь не знал, уменьшит ли прикосновение острое желание, которое он постоянно испытывал, или, наоборот, усилит его.
Последнее оказалось правдой.
Ощущая неудобство, Диринг провел жену через вестибюль мимо Хадсона, который взирал на хозяина с явным одобрением. Они вышли на улицу и, миновав кованые ворота, подошли к ожидавшему фаэтону.
Лошади заржали, когда он помогал Шарлотте сесть в фаэтон. Очевидно, они тоже одобряли действия Диринга.
Его дом располагался совсем рядом с парком, и Шарлотта часто ходила туда на прогулку с Амелией, теперь леди Скарсдейл. Диринг узнал от Хадсона, что герцогиня несколькими днями раньше навещала Шарлотту и что она останется в Лондоне ненадолго. Он обдумывал, не предложить ли ей светский визит или какое-нибудь другое приятное мероприятие. Ему постоянно хотелось, чтобы лицо Шарлотты снова и снова освещалось улыбками, но он не знал, как этого добиться.
Считай он, что это просто, подошел бы к проблеме их брака с утонченной искусностью и не стал бы обдумывать дьявольские последствия своих тайных манипуляций. Он забрался в экипаж и оставил все неприятные мысли позади.
Как и следовало ожидать, в парке было полно народу. Сюда съехались все, кто желал быть на виду, и гравийная дорожка была заполнена экипажами и колясками всех видов.
