Наоборот, ее сердце возликовало, а тело наполнилось радостью. Да, она была его леди, его дамой, его женой в самом полном смысле этого слова.
– Почту за честь, лорд Диринг. – Она вложила свою руку в его ладонь, и он нежно обнял жену. Она улыбнулась, впитывая и запоминая каждый миг происходящего.
Послышались нежные звуки скрипки. Только теперь Шарлотта разглядела в полумраке у стены музыканта, водящего смычком по струнам. К глазам ее подступили слезы. Столь трогательный романтический жест умилил ее до глубины души.
Джереми устроил все это для нее. Как розы и посещение музея. Ее муж романтичен, заботлив и умен. А она самая счастливая женщина в Лондоне, да что там, в Лондоне, – в мире."
"Она заглянула ему в глаза, увидела в них бушующий ураган и побоялась, что не сможет двигаться в такт – споткнется. А момент для этого был совсем не подходящий. Его рука лежала на ее талии, а она положила свою руку ему на плечо – мягкая шерсть приятно согревала.
Джереми слегка наклонил голову.
– Прости, сейчас из меня плохой собеседник.
Твоя несравненная красота лишает меня дара речи. И мне почему-то кажется, что сейчас любые слова неуместны.
У Шарлотты перехватило дыхание.
– Ты и не должен ничего говорить, дорогой.
Они кружились в вальсе по мраморным плиткам пола, чувствуя абсолютную гармонию. Шарлотте казалось, что с каждым поворотом ее эмоции обостряются, а сердце начинает биться чаще. Муж смотрел на нее, не отрываясь, и в его глазах, обрамленных длинными темными ресницами, плясали золотистые искорки.
Что он видит? Думает ли он в этот момент о будущем, наполненном радостными днями и страстными ночами?
Музыка стихла слишком быстро. Еще несколько минут назад Шарлотта с нетерпением ждала бала, а сейчас ей хотелось лишь одного – остаться дома, обнимать мужа, ощущать на себе тяжесть его тела. Ей хотелось целовать его, показать, что ее любовь так же сильна, как его чувства к ней.
– Нам пора, – сообщил Диринг, остановившись.
– Мы могли бы остаться дома. – Уголком глаза она заметила, что музыкант ушел, а Хадсон, наоборот, вернулся.
– Ты хочешь лишить меня привилегии показать всему Лондону, что у меня самая красивая жена? – Диринг взял у Хадсона ее накидку и аккуратно набросил ей на плечи. – Это тоже неприемлемо.
Шарлотта лишь пискнула, но возражать не решилась. Джереми надел шляпу, и Хадсон открыл входную дверь. Тут же рядом возник лакей, которому предстояло их сопровождать. Забравшись в экипаж, Шарлотта подумала о времени.
