– Он многозначительно посмотрел на Евгению Алексеевну, и та кивнула и добавила:
– Господин глава Управления прав. Вы можете спокойно рассказать нам о том, что вы делали у Матвея. И для чего туда пришли.
Ну спасибо. Это хоть как-то похоже на помощь.
Девушка потерла ладонями щеки.
– Да правда рассказывать нечего, – быстро заговорила она, – я хотела поговорить с Матвеем в столовой, поддержать его. Господин ректор… вы, наверное, не знаете, но он платил за обучение Матвея. И Матвей думает, что не сдаст экзамен на бесплатное обучение и его выгонят.
Он так сказал за обедом. И ушел. А на ужин не пришел. Я очень волновалась. Пошла к нему. Но на вахте мне сказали, что он не возвращался в общежитие, и меня не пустили. А на улице холодно. Ну я забралась через окно, прошла к нему в комнату потихоньку. Думала там подождать. Ждала, ждала, а его нет. А тут уже скоро отбой. Ну я и убежала. Но всё равно не успела, наставница меня поймала. Вот так всё было.
Она с шумом выдохнула.
– А как вы попали в комнату? У вас есть ключ?
– Да, есть.
Мы… давно, еще в городе, сделали. И обменялись ключами.
Об этом обычае Аверин был наслышан. Так делали близкие друзья либо влюбленные. Сам Аверин был занят учебой, поэтому слишком близких друзей у него не появилось, а с Лизой об обмене ключами разговор почему-то так и не зашел. Да и не хотелось ему, чтобы кто-то посторонний имел доступ в его комнату. Выходит, отношения у Татьяны и Матвея были весьма близкими.
Раздался стук в дверь.
– Войдите, – повысив голос, разрешил Аверин.
Дверь открылась, и в прихожую шагнул юноша. Высокий, широкоплечий, по-военному подтянутый. По нему сразу было видно, что это – будущий боевой колдун. Он выглядел даже несколько старше своих лет. Однако нашивка на рукаве с номером курса не оставляла сомнений, что парень – ровесник Матвея. Олег Соколов, вне всяких сомнений.
Увидев свою подругу в сопровождении классной дамы, он, немного смутившись, обратился к Аверину:
– Прошу прощения, ваше сиятельство. Я подожду за дверью, пока вы закончите беседу.
– Не нужно, – Аверин поднялся, приветствуя молодого колдуна, – мы уже закончили.
Он повернулся к Евгении Алексеевне:
– Не смею вас больше задерживать. Надеюсь, для беседы с юношей ваше присутствие не требуется?
– Нет. Не смею больше навязывать вам свое общество."
"Ее губы на миг сложились в тонкую линию, уголки их приподнялись. Аверин не понял, морщится она или так странно улыбается. В любом случае, то, что она уходит, не могло не радовать.
