Погрузилась глубже… пред моими глазами замелькали воспоминания Ти: вот нескладный длинноногий подросток, похожий на жеребенка, в смешной белой рубашке с рюшечками по подолу выходит на берег — это я? Вот мое смеющееся лицо — у меня в самом деле такие огромные зеленые глаза в золотых крапинках? Красиво! А вот уже сегодня — как я изменилась за это время, еще подросток, но Ти явно нравлюсь. Хотя он и гонит эти чувства, считая их недостойными.
— Бель! — Меня оглушил ментальный вопль Тиану, понявшего, какие его воспоминания я просматриваю.
— Прекрати, ты здесь не за этим!
— Ти, да не волнуйся так, ты мне тоже симпатичен, — ласково улыбнулась я.
— Вот этого я и боюсь… — пробурчал Ти. — Давай медитировать — расслабься и повторяй.
Воспроизвести душевное состояние другого человека — не такая простая штука, как кажется. Тиану постарался объяснить мне, где расположен центр внутреннего равновесия, в котором позже разовьется источник драконьей магии. Я должна была научиться легко находить его и «видеть» внутренним зрением.
Мы раз за разом искали эту точку — моя сердцевинка воспринималась как клочок теплой шерсти. Центр Тиану был похож на яркий зеленый огонек.
Потом Тиану объяснил, что сейчас совместится со мной, как рука с перчаткой, и поставит защиту — сначала на себя, потом на меня. Моей задачей было следить за процессом, почувствовать его и понять, как он запитывает свой щит от внутреннего источника. А потом попробовать присоединить поставленный им на меня щит к своему клубку.
С пятого или шестого раза получилось. Ти устало похвалил меня и сказал, что на сегодня хватит.
Когда я снова смогла видеть окружающее, до меня дошло, насколько я измучена. Туника была влажной от пота, поляна плыла перед глазами. Тиану взглянул на меня и покачал головой:
— Пожалуй, для первого раза я перестарался. Зато прогресс налицо. Бель, ты поняла, что мы смогли затронуть первые капли твоей магии? Щит стоит на тебе. И будет стоять, пока ты или я его не снимем.
— Он будет стоять, когда я проснусь?
— А то!
— А что он делает?
Оказалось, драконий щит — потрясающая штука.
Точно повторяющий форму тела, он не стеснял движений. И не чувствовался на ощупь — взяв меня за руку, можно было стиснуть пальцы — но только до определенного предела, за которым щит становился непроницаемым. Об меня можно было сломать меч или даже гномий топор. Меня можно было повесить за шею, и я бы висела, пока б не померла с голоду или со скуки.
