И ты правда сделаешь все, что я прикажу. И накажу за твою дерзость и несдержанность. А если ты еще раз назовешь меня на «ты» и по имени, то начну наказание с твоего рта. Догадываешься, что можно с ним сделать? Поверь мне в этот раз это будет не мыло…
На этих словах он резко развернулся и направился на выход.
Ника плотно сжала челюсть, чтобы не бросить ему вслед проклятия, застрявшие в ее горле. Она и не догадывалась о том, что… Если бы сейчас увидела его глаза, на выходе, то заметила бы, что они были слегка влажными.
Глава 19
«Индульгенция» на день не придала ей ни успокоения, ни расслабленности. Ника не могла ни заснуть, ни отпустить ситуацию. Почти не притронулась к еде, которую ей принесли слуги вместе с приятной на ощупь домашней одеждой — пастельного цвета шелковой пижамой в виде штанов и кофты. Прислуга в доме не задержалась. Девушка поняла, что совсем одна — и хоть немного выдохнула. Люди превратно воспринимают жизнь богачей в больших домах. Кажется, что это всегда пространство и уединение.
По факту же, если речь идет о действительно солидном имении, оно не может прожить без кучи снующих туда и сюда слуг, по сути чужих людей. Они незримо присутствуют в твоем личном пространстве, которое в лучшем случае умещается в спальню, кабинет и собственную ванную с уборной. Так было и в большом дворце шейха, где никак и нигде не удавалось почувствовать себя полностью расслабленной и предоставленной самой себе — того и гляди кто-то зайдет с приказом или услугой.
Именно поэтому, вечером, в этом небольшом, уединенном доме, среди шорохов прошлого, а может даже и его призраков, после суеты большого дворца находиться было непривычно и даже пугающе.
Вечер становился все более насыщенным. Розы источали уже зрелый, даже успевший слегка забродить под палящим солнцем за день аромат- и от него хотелось захмелеть. На душе было томление. Словно бы тлеющее беспокойство и… Тоска… Ника много думала, вспоминала, пыталась понять. Ноги вели ее из комнаты в комнату — и она жадно вглядывалась в красивые интерьеры, то и дело прикрывая глаза и пытаясь представить, как здесь было при прошлых владельцах, что чувствовала хозяйка этого дома, когда строила его, была ли она здесь счастлива.
У любого дома должна быть женская энергетика — иначе это уже не дом, а просто четыре стены. Хозяйка наполняет жилище атмосферой, теплом, словно бы вселяет в него душу. Именно поэтому, наверное, в главном дворце Адама было так нестерпимо тяжело, неуютно находиться.
