Из-за того, что торопилась, ногтем зацепилась за колготы, пустив «стрелку».
– Блин…
Поспешно сдернула их и снова поспешила к шкафу. Хорошо, что сразу несколько пар покупала. Тоже привычка, выработанная со школьной поры.
Юля расправила юбку, одернула блузу и подошла к зеркалу, чтобы удостовериться, что она выглядит хорошо. Так и есть. Привлекательная молодая женщина двадцати пяти лет смотрела на неё из зеркала. С темными короткими волосами чуть ниже подбородка, со слегка полноватыми губами, тронутыми нейтральной помадой естественного бежевого цвета.
На высоких скулах сейчас играл румянец. Это нехорошо, ни к чему. Юля проверила сумочку: пудра и тон с собой. Потом подправит.
Сережу папа нес из ванной.
– Ты кудаааа? – завопил сын, увидев маму. – Не пущщщщууууу.
– Тихо, тихо. Маме надо уехать, а ты…
– Нееет!
Ребенок мгновенно покраснел, напрягся и уже начал хныкать, возражая яростным протестом на уход мамы.
– Давай, Юля, собралась и иди уже.
Юля послала сыну воздушный поцелуй. Подходить к мокрому малышу чревато последствиями.
– Папа, ключи на месте?
– Да.
Сейчас у них, считай, на две семьи был только один автомобиль. Подержанная «мазда». Юля её не особо любила, но, за неимением лучшего, пришлось сесть за руль. Личный автомобиль она себе позволить не могла.
Юля как раз завела двигатель и уже собиралась выезжать, когда услышала звук входящего сообщения.
«Юля, ты где?»
Это снова была Катя.
«Выехала».
«Давай, а то тут гром и молнии мечут».
«По мою душу?»
«Боюсь, что да».
Юля ничего не понимала.
В «Гранд-бюле» она работала третий месяц. Устроилась по рекомендации, отец подключил старых знакомых по военной службе, и то всё получилось по чистой случайности. Юлю взяли на испытательный срок, и она безумно переживала, что с ней не продлят договор. Который заканчивался через неделю. Она пыталась осторожно узнать, какое решение приняло руководство, но её так же осторожно предупредили, что не стоит суетиться. Всему своё время.
Потерять эту работу Юля не могла. Платили хорошо, график её тоже устраивал, пусть и с ночными сменами.
Существовала перспектива карьерного роста, а значит, и увеличение зарплаты. От мысли, что она может остаться без работы, тугой узел скручивался внизу живота, а тревога хлестала по сердцу.
Ни отец, ни мать никогда ей открыто не скажут о печальном финансовом положении их семьи. Денег катастрофически не хватало, лекарства для папы забирали существенную часть бюджета, бесплатные выдавали раз в квартал.
