"
"– Ради могущества Афин можно потрудиться. Тогда нам была бы не страшна никакая осада – ни чужеземных войск, ни своих соседей… Но что это там толпится народ?
Они выехали на площадь. Народ собрался, любуясь новым портиком, который поставили совсем недавно. Портик был красив: с одной стороны – колоннада, с другой – стена, украшенная яркой живописью.
Фемистокла узнали.
– Привет, Фемистокл!
– Да хранят тебя боги, Фемистокл!
Фемистокл, занятый постройкой стен в Пирее, уже многого не видит, что происходит в Афинах.
– Кто же расписал так прекрасно этот портик? – спросил он, придержав коня.
– Наш художник Полигнот.
– Прекрасный художник. Но почему вы пересмеиваетесь, друзья? Я сказал что-нибудь не так? Но ведь я, вы знаете, не обучен искусствам, может, я и ошибаюсь…
– Ты не ошибаешься, Фемистокл. Полигнот – знаменитый художник. Но смотри, кого он изобразил!
– Кого? Приама, царя Трои, как я понимаю, и дочь его Лаодику… Или нет?
– Это так. Но взгляни получше. На кого похожа Лаодика? Это же сестра Кимона, Фемистокл! Это же Альпиника!
Фемистокл пригляделся.
Да, конечно, это Альпиника. Он усмехнулся и тронул коня. Душа его сразу омрачилась. Кимон, всюду Кимон. Кимон, который не стесняется заявлять, что он любит Спарту, что он богатства не ценит, а хочет жить лишь так, как живут спартанцы – простой, умеренной жизнью. Как будто в Афинах это не дозволено – жить умеренной жизнью! А давно ли об этом самом Кимоне, сыне Мильтиада, шла скандальная слава о его распущенности, о его пьяных пирах? Теперь же оказывается, что он только и стремится к жизни со спартанским укладом!
«Вижу руку Аристида, ведущую этого юношу, – думал Фемистокл.
– Аристид действительно нашел опору себе для утверждения в нашей стране олигархов. Кимон – из знатной семьи. Кимон – сын героя при Марафоне. Кимон молод, красив, приветлив… А Фемистокл суров и нетерпелив. Когда строили стену вокруг города, сколько было слез, сколько нареканий: там велел разрушить дом, там потревожил могилы… Его просят, плачут, а он, грубый человек, гонит их прочь и делает, что задумал! Слышал, слышал я все это.
Но как это люди не понимают, что Фемистокл со своей грубостью оберегает Афины от спартанского владычества, а вежливый Аристид, теперь уже с помощью Кимона, тащит Афины под спартанское ярмо!..»
Выехав из города, пилагоры направились в сторону Фермопил.
Был пасмурный день. Море неприветливо шумело, забрасывая пеной песчаный берег.
