Глаза разведчика светились азартом и злобой. Филин пытался уследить за быстрыми короткими перемещениями, дёргая рукой с револьвером вслед за Мякишем.
— Молись, тварь! — нервно рявкнул бандит, но в следующий миг разведчик сделал длинный прыжок вперёд, схватил мародёра за запястье и приставил ствол револьвера к своей голове."
"Нажимать на спусковой крючок Филин начал сразу же, как только Мякиш коснулся его руки. Так они и стояли друг напротив друга, глядя глаза в глаза, и только сухие щелчки бойка нарушали наступившую вдруг тишину, да крутился бессильно тусклый барабан.
— Проверка на вшивость, — злорадно сообщил Мякиш, отбрасывая руку бандита в сторону. — Старая игра: шесть «мёртвых» патронов и «забытый» револьвер. Ты выиграл — теперь время получать призы.
Он схватил Филина, сильным рывком качнул на себя, сделал шаг навстречу, одновременно поворачиваясь корпусом и приседая в удобную позицию для броска. Ошеломлённый бандит почти не сопротивлялся, когда эффектным широким движением по длинной дуге Мякиш бросил его через плечо на гранит площадки.
Тяжёлый удар спиной о камень, казалось, выбил из мародёра весь воздух. Но крепкая рука тут же снова подняла его, чтобы коротким ударом в челюсть отправить обратно на гранит.
«Воспитание» на этот раз было непродолжительным, но крайне болезненным. Нос и губы бандита безобразно распухли и обильно кровоточили.
— Ты, урод, почти истощил моё терпение, — сказал Мякиш, брезгливо вытирая руки о мешок Филина. — У тебя, как в компьютерной игре, осталась в запасе всего одна «жизнь».
В следующий раз руку тебе сломаю или ухо отрежу. А потом утоплю в какой-нибудь тухлой луже.
— Ты же самый настоящий садист, — морщась от боли, прохрипел бандит. — Тебе же это просто нравится. Ты же…
Сильный удар ногой под ребра прервал обвинительную речь Филина и перевернул его на бок.
— Я тебе даю пять минут на сборы. Потом не жалуйся. — Мякиш как ни в чем не бывало подобрал с земли вещмешок, револьвер и автомат. Отошёл с каменистой площадки на склон холма, вытащил из кармана горсть нормальных патронов и принялся вставлять их в барабан.
Сбитые в кровь руки слегка подрагивали. Очень хотелось курить, но он превозмог это чувство, посвящая все внимание снаряжению револьвера. Филин не начал стрелять сразу, как Мякиш того ожидал, — это хорошо. Значит, чувствует себя недостаточно уверенно. А после трюка с холостыми патронами будет знать, что разведчик всегда на шаг впереди, и станет опасаться подвоха.
