Ты со мной?
Она помедлила немного – он успел сделать несколько шагов вдоль бурой осенней речки – и нагнала его.
Он был рад, что она не осталась на лавочке. Просто рад, и всё.
– Почему ты всё записываешь?
– У меня такая привычка.
– Зачем тебе это?
Илья сбоку посмотрел на её войлочную голову. Деваха была высокой, почти вровень с ним. Высокой и довольно крепкой, никакого «лёгкого дыхания», сплошной монументализм, подкреплённый курткой-стогом, широченными штанами и тяжёлыми ботинками.
– Как ты это терпишь?
– Что?
– Да вот эти… экзерсисы на голове?
– Какие он слова знает! – пробормотала Ангел себе под нос.
– А тебе, конечно, это не нравится, да? У девушки должны быть локоны и кудри, да? Всех под один стандарт, да?!
– Зайдём в гостиницу.
– Нет, ты мне скажи!..
Приветливая конторщица поднялась и заулыбалась, когда они вошли в тёплый холл.
– Олег Павлович приехал? – первым делом спросил Илья."
"– Нет, – виновато сказала администратор. – Но звонил, звонил, предупредил, что вы станете спрашивать! Отозван в Ярославль по срочному делу, никак не мог с вами повидаться!.
. Он для вас ключики от кабинета оставил, а там на столе папочку! Сами зайдёте или принести вам?
Профессор Субботин молча смотрел на неё.
…Выходит, неуловимый Олег Павлович встречаться с ним не собирается. В чём тут дело? Директор настаивал на его приезде, торопил и обещал содействие, а теперь прячется? Что могло измениться за вчерашний день? Означают ли эти перемены, что в услугах Илья Субботина больше не нуждаются?..
…Ну нет.
Дело начато, и оно будет доведено до конца, хочет этого директор или уже расхотел. Может быть, вчера это директорское желание имело значение, а сегодня совершенно не важно.
Илья встрепенулся, поняв, что обе дамы смотрят на него вопросительно.
– Вот этот свёрток нужно отнести в мой номер, – сказал он и сунул на полированный стол, за конторку, кеды. – Матвей Александрович приходил?
– А, нет, нет, не было. Екатерина вернулась, Николай Иванович на месте, а его нет. Там уборочка сейчас происходит.
Его номер убирают, а следующий ваш.
– Тогда я сам отнесу, – внезапно решил Илья, схватил кеды и ринулся вверх по лестнице. Ангел тяжеловесно захлопал крыльями и полетел за ним.
– Ты чего? – спрашивала она на лету. – Ты куда ломанулся-то?
Дверь соседнего номера была распахнута, возле неё стояла обычная гостиничная тележка, на которых развозят чистые полотенца, простыни и всякую милую ерунду, вроде шампуней в крошечных бутылочках и душистого мыла в бумажках.
