– Но надежды мало. Так говорят. Да чего тут есть, ничего нет, сельская больница!
Свободной рукой он взял Илью за плечо и повернул, заставив идти рядом с собой.
– Да, добро, жду! Не ходи туда, – велел он Субботину. – Их там двое всего, я имею в виду персонал, фельдшерица и медсестра, по-моему. Им сейчас мешать никак нельзя. Им продержаться надо.
Следом вышла Катя и тихо притворила за собой дверь.
– Позвонил, Петь? – буднично спросила она.
– Позвонил. Ждать надо.
– Будем ждать, раз надо.
– Он точно жив? – подала голос Агния.
– Пока жив, девочка, – отозвалась Катя. – Но в тяжёлом состоянии. Будем надеяться.
Пинком ноги Артобалевский захлопнул дверь машины.
– А где эти гаврики, которые его привезли? Вот на этой тачке? Там, что ли, торчат? Кать, пойди выгони их!.. Нечего там торчать!
– Иди сам и выгони.
– Ничего без меня не можешь, – злобно выговорил Артобалевский. Тем не менее взбежал на крыльцо, дверь проскрипела, и через некоторое время из больницы вывалились охранники и великий продюсер за ними.
Илье показалось, что Пётр держит их за шкирки.
– Все расходятся по рабочим местам и занимают оборону. Дежурным по штабу назначаешься ты, – он ткнул пальцем в младшего, с войлочными щеками. – Значит, действуешь так. Ничего ни у кого не спрашиваешь, понял, да? Звонишь директору и ясно излагаешь, что случилось. Случилось следующее – покушение на убийство отдыхающего. Отдыхающий тяжело ранен, но пока жив. Пусть директор поднимает местное МЧС. Из Москвы придёт борт, он должен где-то сесть. Нужен свет и ровная площадка.
Всё понял?
Мальчишка кивнул.
– Запиши мой телефон. Нет, лучше давай свой номер, я на него позвоню, у тебя определится. Выполнишь и доложишь.
Мальчишка ещё раз кивнул. Щёки у него покраснели.
– Всё, с богом.
– Какой вертолёт ночью, Петь? – негромко спросила Катерина. – Они по ночам не летают.
– Летают, когда надо, – огрызнулся её муж. – Военные и медицина, знаешь, не только в светлое время на службе! А этот парень правда Вильховский?
Илья кивнул.
– То есть он не помер и не в сумасшедшем доме?
Илья улыбнулся.
– Сам сказал, что жив пока.
– Тьфу-тьфу-тьфу, – быстро сплюнул Артобалевский. – Кто мог так его угостить? И за что?
– Я тебе потом скажу.
– А ты знаешь? – не поверил Артобалевский.
– Сейчас знаю, – кивнул Илья Сергеевич. – Пока его не ударили, не знал.
– Как?! – вскрикнула Агния.
– Не кричи, девочка, – поморщился продюсер и оглянулся на двери больнички. – Лишь бы прямо сейчас не помер, а там ничего, вытянут его.
