Поэтому сегодня — день «Х». Я глубоко вдохнула, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Скоро. Очень скоро я увижу их. Наших детей. И тогда наша семья станет еще больше.
— Алиса?
Голос Дейрона вывел меня из раздумий. Я обернулась и увидела его в дверяхипалаты — улыбающегося, с тем же теплым взглядом, который всегда меня успокаивал.
— Пора, — сказал он просто.
Я кивнула, вставая. Пора.
***
Я сидела на больничной кровати, прижимая к груди два маленьких сверточка, и не могла поверить, что это реальность.
Всего несколько часов назад я была беременной, а теперь — мама. Мама. Это слово отзывалось в сердце теплом, смешанным с легким трепетом. Роды прошли... на удивление легко. Еще до начала схваток мне ввели что-то, что сделало процесс почти незаметным — лишь легкое давление, далекие толчки, будто сквозь толстый слой ваты. А я боялась. Помню, как за три месяца до родов я в панике ворвалась к Дейрону с вопросом:
— А ребенок Кайса... он не с рогами родится?
Он тогда так громко рассмеялся, что даже Атиш, сидевший в коридоре, заглянул в кабинет с недоуменным взглядом.
— Нет, глупышка, — успокоил меня Дейрон, смеясь и качая головой. — На их головах будут лишь маленькие бугорки, как у всех детей лайс. Рога начнут расти только лет с десяти. Ты даже не почувствуешь их во время родов.
И он оказался прав. Пять часов схваток — и на свет появились двое: мальчик и девочка. Сюрприз для нас, ведь мы не знали пол детей. Знал только Дейрон, ведь он обследовал меня. И старался не спойлерить.
Даже когда я спрашивала про рожки, он потом уточнил, что не скажет, лайс у меня там или нет. Ведь обычно девочки расой идут в мать, а мальчики в отца. Но учитывая какой у меня необычный муж, если у меня будет девочка от него, она может пойти и в отца. Поэтому все равно все оставалось сюрпризом."
"Я рассмеялась, когда мне их вручили. Почему-то я всегда чувствовала, что будет именно так. Мальчик — с густыми темными волосами и черными глазами, которые со временем изменят цвет.
Так, оказывается, рождаются все адаронцы. На его тельце уже светились тонкие, витиеватые линии лиафрита, переплетаясь, как серебристые нити. А девочка — нежная, с едва заметным пушком рыжих волос и крошечными черными наростами на голове. У ножек вилял маленький тонкий черный хвостик, с рыжим пушком на кончике. Ее линии лиафрита были тоньше, изящнее, будто нарисованные кистью художника.
А ведь я помню, что представляла на балу, какой у меня будет дочь от Кайса.
