Согласилась и тетушка Салима, правда – с опаскою. Вдруг да что? Вдруг да именно их виноватыми сделают?
Явившийся ближе к вечеру Мустафа-бей выслушал всю историю совершенно невозмутимо. Даже бровь не дернулась. Лишь только губы… и то в ухмылке.
– Что ж, на все воля Божья – иншалла!
– Иншалла, – спешилась приехавшая вместе с молодым господином дева – Ивонна. Красивая, стройная… и опасная, как змея!
– Иншалла! – слуги разом повалились на колени.
– Может, оно и к лучшему, – заходя в дом, задумчиво пробормотал Рауль.
– Куда хуже было бы, если бы Кирмизи Эл встретился вдруг с шайкой Кривого Абдуллы. Тогда бы вышел шум! А оно нам надо? А так… спокойно все… тем более скоро все закончится. Что же касаемо Мари… госпожи Рашель…
– Думаю, нам вовсе не нужно ее выкупать, – негромко засмеялась Ивонна. – Зачем? Дело ведь вроде как сделано…
– Не нужно, да, – Мустафа-бей направился к лестнице, ведущей на второй этаж. – Если она и впрямь у Красной Руки. А если – нет? Если она попадет к урусам?
– Так теперь уж все равно.
Что они успеют-то?
– Теперь – да. А если с нашим наступлением что-то пойдет не так? – Рауль обернулся. – Если придется все начинать снова? Ты разузнай. И, если что…
– Я поняла, господин, – пряча змеиную улыбку, покорно поклонилась Ивонна.
Мустафа-бей не испытывал никаких горестных чувств. Абсолютно! Какое дело восточному мужчине до каких-то там женщин? Правильно – никакого. На все воля Аллаха. Иншалла.
* * *Подвал восточной башни использовался как арсенал.
Повсюду стояли бочки с порохом, вдоль стен были аккуратно сложены ядра. Отдельно простые – каменные и чугунные, отдельно разрывные – так называемые «гранаты» или «бомбы». Еще в достатке имелась картечь для легких полковых пушек.
– Однако тут опасненько! – Круглов поднял свечку повыше. – Не взлететь бы на воздух, ага.
– Так осторожнее надо… Тсс!
Подняв вверх указательный палец, Ляшин прислушался – и явственно услыхал приглушенные голоса, доносившиеся откуда-то из-под земли, словно бы из самого ада!
– Слышишь, Иван Андреевич?
– Ага… – затаил дыхание напарник.
Оба застыли, как статуи. Стекающий с горящей свечи воск падал на каменный пол крупными горячими каплями.
Вот снова голоса… Напарники переглянулись – кажется, есть! Ну, вот он, подземный ход, вот они – супостаты. Только копни, ударь парочку раз киркой. И можно брать… А потом допросить с пристрастием!
* * *К обеду обо всем доложили Суворову.
