— Но может быть, это будет нам на руку. — В голосе его прозвучала твердая решимость. — Вы с Блейком расскажете, что я очень слаб, но, безусловно, на пути к выздоровлению. Это заставит их поспешить с новой попыткой.
Король задумался, затем кивнул:
— Я поставлю у дверей своих стражников и…
— Нет. Прошу прощения, ваше величество, но я не хотел бы, чтобы моим возможным убийцам что-то помешало. Присутствие ваших людей может их отпугнуть. Мне не нужна охрана. Сейчас у меня то преимущество, что на самом деле я здоров… Я буду наготове.
— Эйнфорд, на это я не пойду. Возможно, Бертран — трус, но мать его очень умна. Они могут разгадать твою хитрость. Я хочу, чтобы с тобой в комнате находился по крайней мере один стражник. Прямо у постели.
Эмори рассудил, что осторожность не помешает, и кивнул.
— Я буду этим стражником. — Все оглянулись на голос. Маленький Джордж стоял, крепко зажав в кулаке обручальное кольцо. — Я хочу, чтобы справедливость восторжествовала при моем участии.
— Да будет так, — решил король.
Эмма остановилась на тропинке и, закрыв глаза, стала вдыхать сладкий аромат цветущих деревьев. Уже второй день они находились при королевском дворе. Для Эммы последние полтора дня прошли в неотступной тревоге. Она и в лучшие времена не отличалась терпением, но ждать, пока кто-то попытается убить ее мужа, было просто невыносимо. Даже Эмори, которому эта идея поначалу казалась весьма привлекательной, стал выказывать признаки утомления.
Ему становилось все труднее лежать в постели, карауля появление убийц. А те что-то не спешили его добивать. Именно поэтому Эмма медлила с возвращением к мужу. Эмори стал чересчур вспыльчивым и раздражительным, а короткая прогулка в саду сулила приятный отдых. Здесь было так чисто и свежо! Поистине жизнь при дворе была ей в тягость, а все окружающие казались черствыми, холодными и порочными. При этой мысли она с отвращением вспомнила свой недавний застольный разговор с леди Магдалиной, дамой надменной и язвительной.
Когда та заметила, что Эмма настороженно поглядывает в сторону только что вошедшей в зал леди Аскот, леди Магдалина наклонилась поближе и прошептала:
— Какая вредная старая дрянь! Не правда ли? Вам повезло, что вы избежали брака с ее сыном. — И после некоторого молчания добавила: — Интересно, куда подевалась ее любимая девица? До сих пор они были неразлучны. Я их порознь, кажется, и не видела.
