Я понимал, что виноват, и совершенно не обязан был ни в чем оправдываться, но все равно хотел это сделать.
Зачем? Не знаю. Не важно, что делаю или не делаю, Варя проникает в меня все глубже. Когда, вообще, я успел пустить ее внутрь, если все замки от моей души были закрыты еще до того, как она появилась? А ключи от них давно выброшены и забыты.
— Не будет никакой статьи. Я просто…
— Твое дело. Не хочу это слышать. — Она отошла, чтобы ее сотрудники могли погрузить тело, бросила короткий взгляд на телефон и двинулась мимо меня к дороге.
Почему никак не получалось отключить эмоции? Поплелся за ней, точно привязанный, разглядывая тонкие линии плеч, изящную талию, стройные икры. И думая, думая, думая. Нет, не о том, что происходило сейчас в офисе моей газеты, или кто убил бедную девушку в парке. Думая об одном только единственном: как она, вообще, могла связаться с кем-то вроде Альберта? Как жила с ним? И вслед за легким уколом ревности вдруг накатила настоящая ярость.
Мне-то какое дело? Почему не успокоиться и не забить? На нее, на это дело, на то, что случилось между нами.
Почему мысли постоянно возвращались к тому, кто она, чем занята… и, черт возьми, к тому, сколько конкретно мужчин (считай, потенциальных соперников) окружали ее здесь ежедневно?
— Подожди, — крикнул ей в спину, пытаясь унять играющие на скулах желваки, и снова с силой стиснул челюсти. — Черт! Варя!
— Мне нужно в отдел, — бросила через плечо.
Не повернулась, не остановилась. Упрямица. Полетела вперед, будто от этого зависела вся ее жизнь.
Ускорил шаг, пытаясь догнать. Подошел так близко, что ощутил уже знакомый запах, исходящий от волос, и тут она ими взмахнула. Как в замедленной перемотке… Черт… В голове что-то будто переклинило, едва показался изящный изгиб ее шеи. Возбуждение, притяжение, разряды тока по коже, и в буквальном смысле чуть ли не слюни потекли, так захотелось припасть к ней губами. Так же, как всего несколько часов тому назад, зарыться носом и вдыхать-вдыхать.
— Слушай, ну. — Сделал рывок и поравнялся.
— Варь…
Мысленно попросил себя перестать.
Мне это не нужно. Но тело опять не согласилось. Попросило не приказывать ему.
— Что? — Выдохнула на меня все свое раздражение. Резким движением задрала очки на макушку.
Снял кепку, почесал затылок, тоже поднял свои очки.
— Давай, я тебя отвезу? — Спросил дрожащим голосом, не успев подумать. И уставился на ее прекрасное лицо, как последний идиот."
"Сможем объясниться в дороге. Только бы согласилась.
