Но, нужно признать, что наличие на теле такого нежного, ажурного, почти совершенного белья изменило даже мою походку, сделав ее по-кошачьи плавной. А это ощущение, что ты одна знаешь какую-то тайну, заставляло по-другому держаться, любить свое тело, становиться уверенной в себе. Две недели хождения дома в одних трусиках и лифчике тоже дали свои плоды — я реально стала нравиться самой себе.
Итогом стало тяжелейшее признание — капитан Варвара Комарова боялась выходить на люди в купальнике, поэтому не бывала на общественном пляже, наверное, с совершеннолетия.
Наверстывали упущенное мы тоже втроем в один из немногочисленных выходных, когда я позволила себе уйти с работы на пару часов, чтобы выполнить это задание. Стыд, желание прикрыться полотенцем, втянуть живот и немедленно рвануть в воду, чтобы ни у кого не возникло желания рассматривать мои бледные оголенные бедра и задницу, захватили разум полностью. Огромного труда стоило встать по команде наставниц посреди огромного пляжа и просто загорать, провожая взглядом катера и слушая крики чаек.
Стресс я снимала, разбивая и круша оставшиеся вещи бывшего: часы, фоторамку, флакон туалетной воды. Удаляла совместные фотографии, жгла рубашки, резала галстуки, чистила унитаз его зубной щеткой и в деталях представляла, как бы он ею пользовался дальше. Эти простые действия приносили некоторое облегчение, хотя больше служили очищением и помогали отпустить его душой.
Иногда мои спокойные унылые и одинокие вечера нарушались внезапным приходом соседок.
Приходилось убирать документы и окунаться в чисто девчачьи удовольствия: болтовню обо всем на свете, сеансы депиляции, нанесения всевозможных масок, медитацию, музыку и даже йогу. Один раз они меня таскали с собой в салон красоты на массаж, другой раз — измывались прямо дома, делая маникюр, педикюр и густо накрашивая ногти ярко-красным лаком.
Как и обещали, они ломали меня постепенно, как и ожидалось — сопротивлялась я по полной.
Целый день с лаком на ногтях показался мне пыткой, ужасно хотелось все время прятать руки, бежать и немедленно стереть его, чтобы не привлекать ненужного внимания, к вечеру от удивленного взгляда Лунева на мой маникюр началась даже нервная почесуха. Как оказалось, это были всего лишь цветочки."
"Самым тяжелым было выдержать бардак дома. Вероники заставили меня съесть чипсы, затем поели сами, оставив на ковре и обивке дивана кучу крошек.
