И, несмотря на свою некоторую массивность, совсем не ощущалось. Словно его не было на руке. Может, это мои фантомные чувства из-за натянутых нервов?
Лорд Илис стал обсуждать с моим отцом вопрос моей отправки к занятиям через две недели. И неожиданно, со всей очевидностью, я осознала — что бы сейчас я ни сказала, что бы ни сделала, ничего не изменится.
Я могу рыдать, биться в истерике, упасть в ноги, но двое самых высокопоставленных военных крепости — комендант Илис и мой отец — совместно решили отправить меня в пансион для девочек.
Одному своей беспечностью я давно намозолила глаза, второй отчаялся воспитать из меня благовоспитанную леди.
Подобные люди не меняют своих решений.
Я опустила глаза. Присела в книксене и... упала в обморок.
Не по-настоящему. Но кто об этом знал?
Отчаяние затапливало с головой, а мне нужно было подумать над тем, что предпринять. В одиночестве. В закрытый пансион леди Диланы Престон я ехать не собиралась. У меня давно были другие планы.
Выход из западни я придумала.
В принципе, в моей ситуации он был один-единственный.
Это побег в Астанию — соседнее государство.
Тем более я давно собиралась отправиться на поиск мамы. Только раньше было страшно. Сначала я чувствовала, что слишком мала, потом осознала, что без элементарных навыков самообороны я пропаду.
А сейчас... тоже было страшно, но другого выхода не осталось. Вот только драться я так и не научилась, а стреляла из лука все еще ужасно. Магических защитных артефактов у меня тоже не было. Те, что находились в сейфе отца, сейчас достать невозможно.
"
"Поэтому, чтобы добраться до границы, я очень нуждалась в помощи одного дракона. Как недавно выяснилось, он сделал все для того, чтобы я ничему не научилась и застряла в крепости. Какие он преследовал цели, пока неясно, но мне точно задолжал.
Приняв решение, я «очнулась» после обморока, промямлила, что болит голова и хочу спать. Целитель крепости, дежуривший у моей постели, внимательно осмотрел меня, ощупал и дал стакан с водой, куда накапал каких-то капель из небольшого флакона из темного стекла.
Испугавшись, что это снотворное, я сказала, что меня тошнит, и пообещала выпить лекарство позже.
Когда целитель ушел, я вылила стакан с водой в горшок с цветком, вернулась в постель и ещё некоторое время притворялась спящей.
И правильно делала. И отец, и братья, и даже леди Илис заходили проведать меня. Но, как я и надеялась, тревожить меня никто не решился. Потом заглянула, по всей видимости, горничная.
