И склонил светловолосую голову.
— Простите меня, если сможете.
Взгляды всех любопытных скрестились на нас. А мама, наконец, после долгой разлуки, смогла обнять старшего сына. Широкие плечи Алфи затряслись, но он не издал ни одного звука. Лишь обнял ноги той, что пела ему в детстве песни.
Возможно ли, чтобы суровый капитан Алфи Оринис беззвучно плакал?
Глава 43.
/Келлия Оринис/
День свадьбы приближался. Я безумно нервничала и считала дни, оставшиеся до заветного события.
Подготовка шла полным ходом: слуги чистили и украшали крепость, закупали продукты, в спешке готовилось приданое.
Обитатели и гости крепости приводили в порядок праздничные наряды, а моим свадебным платьем, доставшимся от мамы, занялась талантливая швея миссис Рой, которую пригласили из ближайшего города.
Миссис Рой немного ушила белое атласное платье в талии, так как я оказалась тоньше мамы, и украсила подол накладными вышитыми цветами — по последней моде. Ещё она заменила пожелтевшие от времени нижние юбки на новые: одну — на юбку из плотной белой ткани, вторую — на тонкую и шуршащую.
Мне понравился и скромный фасон платья, и неглубокое декольте, и нежные рукава - фонарики, а короткая фата с кружевом по краю показалась невероятно тонкой и изящной.
Единственное, что омрачало дни ожидания, это прежняя отчужденность между родителями и холодность Киана. Брат ловко избегал меня, а наш разговор все время откладывался.
Однажды, за два дня до свадьбы, я проснулась ранним утром от того, что Малыш был сам не свой. Словно бешеный, котенок носился по комнате со вздыбленной шерстью и шипел.
И мое сердце вдруг кольнуло от предчувствия приближающейся беды.
В этот день драконы, в том числе и Брен, ранним утром отправились в Северную крепость, где комендантом являлся двоюродный брат императора. Его величество Миральд Мэлвис в своем послании велел доставить артефакты, изъятые у орков, Рафаэлю Мэлвису. Но я прислушалась к себе и поняла, что с Бреном мое предчувствие не связано.
— Малыш, что случилось? — нахмурилась я, садясь на постели.
Малыш прыгнул ко мне, но погладить не дался. Спрыгнул, подскочил к двери и выразительно мяукнул. Вздохнула, спустила ноги на пол, подошла к хранителю, но тот уселся на пороге открытой двери и с возмущением уставился на меня.
— Пойти с тобой?
Я не стала звать горничных, самостоятельно сменила ночную рубашку на утреннее платье. Завязала распущенные волосы лентой и надела удобные мягкие туфли.
— Я готова. Веди.
Малыш бросился вперед.
