Жители, конечно, тоже выглядели для нас чуждо, удивляя габаритами, рубленными чертами грубых лиц и простым кроем одежды. Но нищеты и грязи я не заметила. Наоборот, город выглядел ухоженным и чистым.
Дворец императора — Акерс — отличался от дворца нашего Миральда Первого также сильно, как агат от алмаза. Массивный, мрачный, из серо-зеленого камня, с высокими толстыми колоннами, украшающими фасад, узкими редкими окнами, после прекрасных и величественных зданий Ритании он выглядел... непривычно.
Как-то неприветливо и даже немного угрожающе.
Я читала об Акерсе в учебниках пансиона леди Престон и надеялась, что за два столетия дворец реконструировали, и он изменился в лучшую сторону. Или вообще резиденцией императора стало какое-то другое здание, более привлекательное. Но, похоже, орков все устраивало и официальной резиденцией императора, как и двести лет назад, оставался Акерс.
— Вас разместят в правом крыле, — сообщил адъютант генерала. — Лорд Илис, за вами придут от имени его величества, как только вы обустроетесь.
Официальный прием для делегации будет завтра. Сегодня же членам делегации ужин принесут в комнаты. Выходить вечером и ночью не рекомендуется. Если вдруг кто-то решит прогуляться по ночному дворцу, стража вернет нарушителя в комнату. А затем в Ританию.
Нарушителя... Хорошо, не преступника.
Лорд Илис не сдержал эмоции, его аристократическое лицо слегка перекосило от раздражения. Леди Илис опустила взгляд, скрывая чувства, но на её красивом лице тоже мелькнула тень. Я же стала сюсюкаться с неожиданно проснувшимся Малышом, стараясь скрыть свою озадаченность.
Адъютант с непроизносимым именем и невозмутимым лицом вежливо поклонился и ушел. А мы вслед за прислугой отправились в наше крыло, с интересом разглядывая слишком просторные коридоры и сдержанный во всем интерьер дворца.
Мне досталась небольшая комната рядом с апартаментами четы Илис, с узким окном, в которое я почти ничего не смогла рассмотреть, и довольно скромной обстановкой.
Горничная разложила вещи, помогла переодеться и вышла, пожелав спокойной ночи; я же легла на кровать, положила на грудь черный шерстяной мурлыкающий комочек и бездумно уставилась в потолок.
Пролежала так я недолго, собираясь с духом и мыслями, слушая музыкального Малыша. Затем, решившись на авантюру, я положила котенка на постель и строго проговорила:
— Не хулигань и не шуми. Я ненадолго отлучусь.
Котенок моргнул янтарными глазками, сощурился и вытянулся на покрывале, виляя хвостом.
