И тогда я спрашиваю себя – кто они, эти люди? И вспоминаю, как Джордж, оговорившись, сказал, что все семеро начали свою собственную игру. Все семеро. Ты понимаешь?
– Пока не совсем.
– Эти семеро были интересны клубу еще и тем, что они действительно проводили какой-то свой курс, независимый от самого клуба, – пояснил Дронго, – и только этим можно объяснить убийство двух банкиров.
– Ты считал, что это было вызовом клубу.
– В какой-то мере. Но это была вынужденная мера. Кому-то не понравилось мое предложение о более тщательной проверке обоих банкиров.
Кто-то уже знал о списке семерых и был готов к подобному решению…
Вейдеманис остановился, озадаченно посмотрел на своего друга. Покачал головой и очень тихо спросил:
– А если бы ты дал фамилии Баррозу или Лагарда? Получается, что могли убрать и их?"
"– Кто-то был готов даже к такому развитию событий, – усмехнулся Дронго. – Это не прикрытие истинного виновника, это попытка любым способом не дать никому узнать об истинных мотивах поведения этих банкиров.
И всех остальных. Обрати внимание, что, разговаривая со мной, Джордж назвал и третью фамилию. Глава итальянского банка Орацио Локателли. Но он до сих пор жив. Прошло уже несколько дней. В данном случае эта схема не сработала. Важно, чтобы об истинной деятельности банкиров или людей, входящих в семерку, не узнали другие. Вот почему так быстро и жестоко расправились с этими двумя. У них есть некая тайна, которая связывает всех семерых. – Он вдруг замолчал и хлопнул себя по лбу: – Господи, какой я кретин! Конечно, все правильно.
Я вычислил два слабых звена в этой конструкции. Попавший в автомобильную аварию и находившийся под влиянием антидепрессантов Мартинес и новичок Гальярдо. Они показались мне наиболее уязвимыми. И я все вычислил верно. Они действительно были самыми уязвимыми в этом списке. Один – инвалид, другой – новичок. Кто-то решил, что им нельзя доверять. Организаторы их убийства тоже знали, что именно эти двое являются слабым звеном.
Эдгар оглянулся по сторонам, словно опасаясь, что их могут услышать.
– С этими все ясно. Тогда кто отдает приказы, кто такой могущественный и сильный, что позволяет себе уничтожать самых известных банкиров Запада? И, наконец, кто предает интересы клуба? Тебя ведь позвали второй раз узнать имя этого человека?
– Меня и в первый раз приглашали для этого, – мрачно пояснил Дронго, – дали мне список семерых, которых подозревали, и попросили вычислить одного.
