Как умный человек, он понимал, насколько важно не афишировать своего присутствия, устраняя заказанных «клиентов», поэтому к оружию прибегал в исключительных случаях, полагаясь на другие методы, которые разрабатывал тщательно и деликатно, чтобы не выдавать своего возможного участия. Когда в девяностые годы в Австрии неожиданно начала набирать силу откровенно правая партия, а ее лидер не скрывал своего восхищения нацистами, стало понятно, что это больная проблема всей Европы и ее надо решить.
Нельсон следил за политиком несколько месяцев, пока не выбрал день рождения его матери, к которой клиент всегда отправлялся лично, сидя за рулем служебного автомобиля.
Учитывая, что он ездил на приличной скорости, а все инспекторы полиции страны знали его в лицо, и еще иногда позволял себе злоупотреблять алкоголем, то особенно большой проблемы Нельсон не видел. Нужно было только рассчитать момент, что он и сделал. На повороте у машины отказали тормоза, и в результате политика хоронила вся страна, а объединенная Европа избавилась от слишком радикального политика, который компрометировал саму идею большого Европейского союза.
Когда погибла принцесса Диана, Нельсон был одним из немногих людей, кто восхищался безупречной работой специалистов из Великобритании. Если бы принцесса прожила еще несколько минут, само существование страны оказалось бы под вопросом. Она была матерью будущего короля Великобритании, но собиралась официально выйти замуж за мусульманина и сына человека, подозреваемого в крупных махинациях.
Отцу не позволили получить гражданство Великобритании, и тогда он решил таким необычным образом отомстить, познакомив своего сына-плейбоя с красавицей принцессой. А та, в свою очередь, горела желанием насолить своим бывшим родственникам – королевской семье. Все совпало слишком идеально. Уже позже, после ее трагической смерти, возникнет культ принцессы. При этом все сразу забудут, что количество ее любовников исчислялось достаточно большим числом, а поведение было на грани скандального.
Но будущий король Англии был еще и «Хранителем Веры», так как архиепископ Кентерберийский всего лишь выполнял волю короля, традиционно считавшегося не только главой государства, но и главой англиканской церкви. Позволить матери будущего короля стать женой мусульманина – огромное испытание даже для просвещенной Европы, а родившиеся дети стали бы невероятной проблемой самой королевской семьи.
