Едва майор одолел полдороги до планера, его, надо полагать, опознали: хлопнула дверца, вылез какой-то черт с горы, рявкнул начальственным голосом:
– Немедленно погасить костры!
Тут мы их аккуратненько и взяли «на рывок» – без всякой стрельбы, без рукопашной, без всякого членовредительства, разве что второй пассажир, сидевший в планере с автоматом на изготовку, крепенько получил два раза ногой, чтобы не баловал с оружием, оно и выстрелить может…
Третий пассажир и пилот, видя такое обращение, сами подняли руки.
В сорок пятом немцы уже частенько поднимали руки, не то что в прошлые года.
Одним словом, успех был полный и окончательный. Планер мы быстро разгрузили и сожгли, а весь улов в два счета доставили в город, где немедленно им и занялись, несмотря на ранний час. Очень даже неплохо, просто великолепно: майор лет пятидесяти, сразу видно, волк битый, двое молодых верзил в лейтенантских чинах (радист и специалист по минно-взрывному делу, как вскоре выяснилось).
Ну, и пилот. Вот этот нас не интересовал – классический извозчик. Правда, и его мы держали при себе пока что – чтобы в лагере для военнопленных не наболтал лишнего.
В багаже у них, как и следовало ожидать, оказалась всякая всячина, необходимая в хозяйстве для такого именно случая, – аптечки, два «места» нестандартных, чисто диверсионных мин, бинокли и тому подобное.
Ближе к полудню меня вызвал Крутых, сообщил, что операцию можно считать законченной, группу – расформированной, должные новые распоряжения воспоследуют, когда в них будет надобность.
И добавил:
– Благодарю за службу, товарищ майор.
Я, как положено, встал по стойке «смирно» и отчеканил:
– Служу Советскому Союзу!
– Ну а теперь, сам понимаешь, пора тебе запереться в чьем-нибудь кабинете и писать обширнейший рапорт… – Он встал из-за стола, подошел, взял за локоток и сказал уже другим тоном, доверительно: – Ты ведь сам понимаешь: ни малейших упоминаний о лесных чертях и прочей мистике.
Вот версию о гипнотизере отработай на всю катушку. Уяснил? Дело на контроле у Верховного, наши с тобой каракули к нему, конечно, не попадут, но другие из них будут оставлять, как говаривали в старину, экстракт. У Верховного забот выше крыши, а потому ему нужно давать экстракты. И если, не дай бог, кто-то из составителей экстракта помянет какую мистику… Думать боязно.
