Однако у нас во взводе, так уж сложилось, большинство составляли как раз городские ребята вроде меня и Паши-одессита, так что у нас в ходу была именно гитара.
Сергей взял гитару, проверил, как она настроена, взял пару аккордов – сразу видно, знал инструмент не хуже Паши. Сказал:
– Я свое, ладно?
Я вновь кивнул:
– Давай.
Мы тогда и знать не знали слов «авторская песня», «барды» – они появились лишь в конце пятидесятых. Но немало народу и в те времена сочиняли песни сами, уж как у кого получалось, иногда весьма неплохо, иногда крайне коряво.
Паша у нас тоже иногда сочинял – и не так, и не этак, средненько, но все же не настолько скверно, чтобы затыкать уши и просить его спеть что-нибудь другое. Фронт как-никак, не академический музыкальный конкурс.
Мне было даже интересно послушать его «свое» – я и сам иногда брал гитару, хотя играл похуже Паши, но и не бренчал подобно балалаечнику.
Сам я никогда не брался сочинять песен, попробовал пару раз и быстро понял, что мне этого не дано. У меня – и не у меня одного – имелась тетрадочка, куда я записывал понравившиеся «самопальные» песни.
Он ударил по струнам и негромко запел, ничем не хуже Паши-одессита, а то и получше, честное слово:
Как привычный набат, прозвучали в ночи тяжело шаги, —значит, скоро и нам уходить и прощаться без слов.По нехоженым тропам протопали лошади, лошади,неизвестно к какому концу унося седоков.
Наше время иное, лихое, но счастье, как встарь, ищи!И в погоню летим мы за ним, убегающим, вслед.Только вот в этой скачке теряем мы лучших товарищей,на скаку не заметив, что рядом товарищей нет…Ага, встрепенулись? Вот именно это тогда и прозвучало в блиндажике… Слово в слово. Я, сами понимаете, сидел совершенно спокойно, ну откуда я мог знать, Владимиру Семенычу в то время и семи годочков не исполнилось.
Слушал, и мне очень нравилось.
Капитан бросил на Сергея примечательный взгляд: быстрый, колючий, явно недовольный. Но не сказал ни слова. И Сергей допел до конца:
И еще будем долго огни принимать за пожары мы,будет долго зловещим казаться нам скрип сапогов,о войне будут детские игры с названьями старыми,и людей будем долго делить на своих и врагов.
