Прямо во дворе, в тени бараков, посреди бела дня, когда кто угодно может их увидеть, он чуть не заставил ее достичь пика удовольствия и потерял голову, как оруженосец со своей первой служанкой. Осознание этого – небольшое вторжение реальности в его полубезумный мозг – дало ему необходимые силы, чтобы остановиться. Резко. С несколькими отборными проклятиями.
Кейт пошатнулась, но смогла удержаться на ногах и не упасть, к счастью, потому что он был не в состоянии реагировать.
Его тело горело. Каждый мускул был напряжен до предела, пока он старался восстановить контроль над вожделением, по-прежнему бушующим у него в крови, как лесной пожар.
Грегор был натянут, как тетива одного из его луков, заряжен, нацелен и готов выстрелить. Одно прикосновение, малейший повод, и Кейт снова окажется в его руках.
Он не должен этого делать. Никогда больше. Он хотел сделать это прямо сейчас. Особенно когда она смотрит на него по-прежнему затуманенным от страсти взглядом, щеки ее раскраснелись, а губы распухли от поцелуев.
Господи, какая она сладкая! Отзывчивая. Нетерпеливая. Страстная. Такая страстная, как он и подозревал. Нет, даже больше!
– Что случилось?
Я чуть не удовлетворил тебя. Я потерял голову и зашел слишком далеко.
Но этого Грегор не сказал. Он ухватился за остатки рассудка и заставил кровь остыть.
– Я подарил тебе твой первый поцелуй.
И чуть не дал гораздо больше.
– Почему ты остановился?
– Потому что все закончилось.
Ее брови сошлись на переносице.
– Было не похоже, что закончилось.
Господи, помоги! Грегор чуть не зарычал.
Было бы здорово, очень здорово, особенно сейчас, когда он пытается не думать об этом снова, если бы Кейт не говорила все, что приходит ей в голову.
– Но так и есть. Тебе придется поверить мне на слово.
Она уставилась на него и, кажется, собралась заспорить. Но потом ее губы сложились в слабой, может, даже немного застенчивой, улыбке.
– Это было чудесно, но, вероятно, в следующий раз ты мог бы продолжить…
– В следующий раз? – Что-то подозрительно похожее на страх заставило его голос прозвучать громче и жестче, чем он намеревался.
– Никакого следующего раза не будет.
Улыбка испарилась.
– Что ты имеешь в виду? Я думала…
Ее голос прервался, и она посмотрела на него с таким замешательством, что Грегор чуть к ней не потянулся. Чуть. Но ничего не изменилось – только теперь он знал, насколько опасно к ней прикасаться. Он ей не подходит, и как бы ему ни хотелось стать тем, кто покажет ей страсть, он не имеет на это права.
