– Тебе необязательно делать это сейчас, если не готова. Я не хочу, чтобы ты переутомлялась. – Последняя фраза была адресована скорее Грегору.
– Я буду в порядке, – заверила его Кейт. И холодно повернувшись к человеку, разбившему ее сердце, добавила:
– Это не займет много времени.
Грегору казалось, что он держится за соломинку. С тех пор как стрела вылетела из его лука, он испытал все невообразимые муки. Господи, он чуть не убил ее! Одной мысли о том, как он был близок к тому, чтобы убить любимую женщину, было достаточно, чтобы вызвать приступ безумного отчаяния и паники.
Он был так угнетен, так близок к тому, чтобы потерять рассудок от горя за долгие часы лихорадки Кейт, что Хелен пришлось усыпить его насильно. Усыпить его, черт побери. С помощью ее мужа.
Грегор целыми днями торчал в часовне и молился, и его молитвы были услышаны, когда Хелен разыскала его и сказала, что жар спал. Он ждал, что Кейт позовет его, и был потрясен, а потом разозлился, когда узнал, что она отказывается его видеть.
Как она может отказываться с ним встречаться, когда соврала о том, кто она? Грегор все еще не мог поверить, что его «подопечная сиротка» – внебрачная дочь Брюса. Король был в ярости и винил Грегора за то, что столько лет считал ее мертвой, хотя они оба знали, что он в этом не виноват. Но кое в чем Грегор виноват. Он лишил дочь короля невинности, и Грегору вовсе не хотелось подтверждать то, что Брюс, без сомнения, и так подозревает.
Проклятье, почему она ему не сказала? Кейт придется многое объяснить.
Но если он в чем-то и был совершенно уверен, то это в том, что они, черт возьми, поженятся."
"Грегор старался держать в узде бушевавшие внутри эмоции, пока король неторопливо покидал комнату, бросив напоследок в его сторону предостерегающий взгляд. Но последний был слишком зол, чтобы испугаться.
Хелен сжалилась над ним и позволила пару раз взглянуть на Кейт, пока короля не было поблизости, но впервые за много недель они оказались наедине. Она выглядела такой милой и чудесно живой, что на мгновение он не знал, упасть ли ему на колени от благодарности или схватить ее и трясти, пока не пообещает никогда больше так его не пугать.
Он был в ужасе от того, что мог потерять ее. Черт, он до сих пор в ужасе. Отчасти именно поэтому Грегор так злился. Кейт, кажется, совсем не замечала его мучений. Она выглядела практически скучающей. Скучающей, когда он держится из последних проклятых сил.
Она подняла на него совершенно пустой взгляд.
