Он работал тогда, в клубе, барменом… Потом дрался за меня, так, что те парни отлетали от него, словно собачонки от медведя… Это навыки, это не каждый…
У него это байк… Откуда деньги на байк и универ? Чем он занимается? Откуда бабки на гонки, на которых я его встретила? На люксовую одежду, на поддержание образа брутального красавчика?
Света, а не дура ли ты?
Дура, ох, дура…
— Но ведь… Это было… Это в прошлом?
Мой голос звучит жалко. И выгляжу я жалко в глазах брата. Сама знаю. Но все внутри каменное.
Не шевелится. И губы еле двигаются. Зачем проясняю это все? Зачем цепляюсь еще?
— Не факт, Свет. Понимаешь, у него наркоту нашли. Это не просто так.
— Но Крас…
— Может, и Крас. Но скорее всего, нет. Он появился внезапно, навел мосты среди нужных людей. С Красом он же общался, да? И с другими такими же?
Киваю.
Общался. На гонке они довольно спокойно и дружелюбно разговаривали. Как старые приятели.
Светка! Куда ты смотрела? Куда?
О чем ты думала?
— Короче, Свет, посиди дома, пока все не уляжется.
Наркота — это не мой отдел, но я буду следить по своим каналам.
— Нет.
Ну вот еще, прятаться. Не дождутся. И в конце концов…
— Вить, — я смотрю ему в глаза, серьезно и твердо. Никаких игр больше, братик. Я понимаю, о чем хочу попросить, — Витя, если получится… Помоги ему, пожалуйста. Вытащи. Пожалуйста.
Он долго молчит, смотрит на меня. И взгляд у него другой. Не как раньше, на малышку несмышленую, младшую сестренку, которой все прощается всегда.
Нет. Теперь он смотрит, как на равную. Оценивает. Потяну ли.
Потяну, братик. Ты же знаешь. Кровь-то у нас одна.
— Хорошо, — наконец, кивает он, — я посмотрю, что можно сделать. Обещать не буду. А вот ты мне пообещай, Свет… Если он выйдет и вернется в универ… Ты к нему и близко не подойдешь, поняла? Никогда.
— Поняла. Хорошо.
Главное, помоги ему. А я свою часть уговора выполню, тут можно не волноваться.
Глаза-то открылись.
Нет больше слепой влюбленной дурочки Светочки.
Чего же так тяжело-то все?
Прямые ответы на прямые вопросы
Я заканчиваю разговор с Васильичем, в очередной раз проверяю наушник в ухе, морщусь. Теперь я его должен носить включенным всегда. Нет, даже не так. ВСЕГДА, БЛЯТЬ! Вот так. И обязательно с мерзкими интонациями начальства.
И как это он мне при первом знакомстве показался приятным таким дедком? Власть портит людей, точно вам говорю.
