– А разве индейцы не состоят сейчас в мире с нами?
– Не все они знают об этом.
* * *Ухватки нового офицера обитателям форта понравились. Лошадку свою он сам отвел на конюшню, где расседлал и по полной программе обиходил. Умылся, сменил форму на менее официальное одеяние, принятое в этих местах, и непринужденно занял свое место за столом. К капитану и сержанту, обычно столовавшимся отдельно от рядового состава, прибавился третий сотрапезник – лейтенант.
Крошечный, двадцать на двадцать метров, срубленный из привезенного по реке леса, форт представлял собой идеальное, с точки зрения фортификационной науки, оборонительное сооружение.
Четыре трехэтажные башни, соединенные короткими бревенчатыми заборами, требовали всего восемь стрелков для обеспечения полного флангового обстрела внешних поверхностей всех своих стен. Так что гарнизон из тридцати человек легко мог справиться с нападением вооруженных луками и копьями индейцев, редко располагавших огнестрельным оружием.
Сейчас это поселение служило форпостом, опорной точкой для планировавшегося в будущем освоения богатых плодородными землями долин рек Огайо и Теннесси.
А поскольку эти самые места интересовали и поселившихся здесь без разрешения Большого Белого Отца диких охотников, именовавших себя коренными обитателями просторов Америки – индейцами, то решение этой проблемы также было вменено в обязанность гарнизона.
– Понимаете, Моун, – некоторое панибратство старшего по отношению к младшему – армейская традиция, а не грубость, слетевшая с уст капитана, – поведение наших соседей за последние годы слегка изменилось.
Внешне они так же, как и раньше, приходят изредка, чтобы обменять свои шкурки на порох, свинец или металлическую посуду. Но на самом деле наши разведчики почти не отмечают случаев загонной охоты или длительных стоянок племени на одном и том же месте, как бывало раньше.
– Кстати, больше всего старых кострищ мы встречаем выше по течению Теннесси. Но следы кочевий путаются, теряются, или уводят обратно, – продолжил мысль командира сержант.
– А еще патрули изредка находят лежки наблюдателей, явно следивших за фортом, причем с расстояний, откуда пуля в принципе не долетит до стен.
* * *Робин на верхней площадке южной башни. Ночь, в слабом свете звезд удается разглядеть немногое. Темные полосы кромок пойменных лесов сходятся под прямым углом. В просветы между деревьями далеко, в нескольких километрах, видны крошечные участки речной глади.
