Вызовет скорую, объяснит им, что со мной, и не впадет в истерику, если на моей коже начнут высыпать волдыри. Он справится».
* * *В пятницу Крейг заехал за мной, и мы отправились в город погулять по Темпл-бару и посмотреть в кинотеатре какую-нибудь комедию. Я дала себе слово думать только о хорошем, а не воображать рыдающих родственников у свежевырытой могилы. Я дала слово и сдержала его.
Ко мне домой мы вернулись только к восьми. Не спеша поднялись по лестнице, обнявшись. Меня слегка трясло и знобило. Совсем как тогда, когда Вильям снимал с меня промокший гидрокостюм…
Как давно это было, но я могла бы восстановить в памяти все до последней детали.
Как его руки гладили мои плечи, как я жалась к нему, целуя неумело и голодно, как капала вода на пол с моего гидрокостюма и как мы потом вытирали ее, смеясь и болтая… Уже после того как обрели друг друга…
Хорошо, что я тогда не знала, что все это закончится истощением, травмой позвоночника и страшной депрессией…
– Лори, – остановил меня Крейг у двери.
– Если ты слишком волнуешься, можно отложить. Я буду ждать столько, сколько нужно.
– Почему ты решил, что я слишком волнуюсь? – вымученно улыбнулась я.
– Ты уже две минуты пытаешься открыть ключом не свою дверь.
– Что?! Вот черт! – рассмеялась я, хватая его под руку. – Как будто ты никогда не путался в этажах!
«Уходи из моей головы, Вильям. Господи, ну хотя бы сегодня!»
– А вообще я поражена, как быстро ты запомнил номер моей квартиры, Крейг! – поддразнила я.
– О, это было просто.
Номер твоей квартиры – шестнадцать. Он совпадает с двумя последними цифрами на моем медальоне смерти[23]. Медальон я ношу на груди. В груди – сердце. Мое сердце – у Долорес. Долорес живет в квартире номер шестнадцать. Все просто.
– Ох, Крейг! – воскликнула я, тупо улыбаясь и полностью растаяв от сказанного. Какой же он классный и милый, все должно получиться. Все получится…
Черт!
Я остановилась как вкопанная у дверей своей квартиры. Пусть мне это снится, господи! Какого…
Из-под двери вытекала вода.
Целая река горячей, исходящей паром воды! Целая Ниагара, черт побери.
* * *Я открыла дверь, и мне на туфли тотчас выплеснулась чуть ли не океаническая волна. Я вбежала в квартиру, поднимая тучи брызг.
– Похоже, трубу прорвало, – сказал Крейг, вбегая следом за мной.
Крейг поспешил в ванную, я за ним. Так оно и было: труба полотенцесушителя лопнула, и из нее лила на пол горячая вода. Крейг схватил полотенце и попытался заткнуть им брешь.
