Уверяю, они не предпримут ничего, что имело бы какие-либо последствия, если только не изменят тактику. И, возможно, они готовы к этому… что было бы совсем другим делом. Вот почему я решила позволить Триксу принять твое приглашение.
— Я тебя не приглашала. — Мерцание повернулась лицом к Триксу. — И не могу поверить, что ты пошел к ней за разрешением.
— Почему? — требовательно спросил он. — Ты теперь с Черным Лебедем, Мерцание… ты действительно думала, что мы будем тусоваться и есть закуски, как в старые добрые времена, в то время как ты стоишь там с людьми, которые предпочли бы, чтобы их гоблин убил меня?"
"— Э-э… Первое: Я ни с кем не тусовалась.
Мне надоело, что организация определяет, кто я такая, или контролирует мои решения. Второе: ты не заслуживаешь закусок, которые я принесла для тебя. И третье: по крайней мере, я сказала тебе, что Софи и ее друзья будут здесь… и они просто хотят поговорить. Они также готовы открыто отстаивать то, во что верят, и рисковать своими жизнями, вместо того чтобы прятаться за плащами, кодовыми именами и портативными иллюзиями.
На самом деле… — Мерцание откинула капюшон, позволив своим длинным блестящим волосам развеваться на ветру, когда она впервые оказалась лицом к лицу с Триксом и Весперой. — Отныне ты можешь называть меня Рейни. Мне нечего скрывать. Но держу пари, ты не хочешь делать то же самое.
Трикс оставил свой капюшон на месте.
Но Веспера указала на свое открытое лицо.
— Для протокола, я согласна с тобой. И полностью намерена сделать так, чтобы мои последователи были гораздо более открытыми в будущем.
Рейни рассмеялась.
— Поздравляю, Трикс! Ты последователь человека, из-за которого убили Умбру.
— Осторожно, — предупредил Трикс, когда вокруг них поднялся ветер.
— Почему? — спросила Рейни. — Что ты собираешься делать?
— Нет необходимости в этой враждебности, — вмешалась Веспера. — Эта встреча — не то, что вы, очевидно, думаете.
— Тогда что же это? — спросила Софи.
— Терпение, маленький Мунларк. Я доберусь туда через мгновение.
— Веспера сосредоточилась на разглаживании переда своего платья, отчего свободная ткань обвисла еще сильнее. Ее тело все еще выглядело истощенным за годы, проведенные в тюрьме. — Понимаю, что инстинкты подскажут тебе не слушать ничего из того, что я должна сказать. Но это было бы серьезной ошибкой. Ты ищешь ответы. Прогресс. Успех. Возможно, немного мести. Я могу помочь тебе достичь всего этого… и даже большего. Поэтому я умоляю тебя выслушать меня.
