Младший инспектор рядом с Турбьерном вежливо кашлянул:
– Мы не нашли ни рук, ни головы.
Турбьерн что-то сердито пробурчал себе под нос.
– Похоже, захоронение старое. Надо прочесать все окрестности и проверить, нет ли поблизости других частей тела. Вызовите собак, копайте с осторожностью.
Он особо не ожидал, что голову или руки найдут, но хотел удостовериться. Дела такого рода всегда привлекают повышенный интерес СМИ, ошибок быть не должно.
Он снова обернулся к судмедэксперту:
– Как ты думаешь, сколько ей лет?
– Прямо сейчас могу сказать только, что она была молода.
– И на ней – ни лоскутка."
"– Нет, я не вижу следов истлевшей одежды.
– Убийство на сексуальной почве?
– Или убийца постарался, чтобы жертву не удалось идентифицировать.
– Да, может быть, и так. – Турбьерн задумчиво кивнул.
– Взгляни вот на это. – Судмедэксперт показал ему какой-то крошечный предмет.
– Что это?
– Пирсинг, был у нее в пупке.
– Ах ты черт!
Украшением служило малюсенькое серебряное колечко с табличкой. Турбьерн потер его о рукав куртки:
– Тут какие-то буквы.
– Прищурившись, он отвернулся от слепящего солнца. – Мне кажется, тут написано «свобода».
Едва он произнес это слово, как украшение выскользнуло из его рук и опять скрылось в земле.
– Проклятье!
Вид у судмедэксперта был подавленный.
Турбьерн снова поднял украшение и сходил за пакетиком для хранения улик. Теперь, когда у них имеется эта штучка, установление личности погибшей не составит труда. Странно, что убийца, в остальном продемонстрировавший такую предусмотрительность, упустил столь важную деталь.
Тело с большой осторожностью положили на носилки, накрыли и унесли. Турбьерн остался на месте, чтобы сделать звонок.
– Алекс, – проговорил он в трубку, – прости, что так рано тебя беспокою, но я хотел предупредить об одном деле, которое гарантированно попадет тебе на стол.
Наступало время обеда. Строго говоря, Спенсер Лагергрен не испытывал голода, однако в час у него была назначена встреча, а сколько она продлится, он не знал и потому хотел успеть поесть перед дорогой.
В ресторане «Кунг Кроль» у Старой площади в Упсале ему подали курицу с рисом, а затем он быстрым шагом прошел по городу в сторону «Каролины Редидивы»[2], мимо величественного здания библиотеки и далее к Английскому парку, где располагались помещения кафедры литературоведения. Сколько раз доводилось ему проходить по этому маршруту? Иногда у него возникало ощущение, что он мог бы преодолеть этот путь с завязанными глазами.
