– Вот здесь он стоял, разговаривая со мной по телефону, в этом я абсолютно уверен. – Петер показал ей комнату Джимми. – И вот что он видел.
Он кивнул на дом по другую сторону газона.
– Так, значит, там она и живет? – спросила Фредрика.
Петер кивнул. Мышцы у него на шее были напряжены, взгляд потускнел от усталости.
– Я немедленно иду туда, – проговорил он.
Они обошли газон и проникли в дом престарелых через главный вход с другой стороны.
– Петер Рюд, полиция.
Он предъявил удостоверение санитарке, которая немедленно отложила в сторону дела и провела их в комнату Теа Альдрин.
В коридоре стоял свежий запах – не чувствовалось той затхлости, которой пахло в других подобных заведениях, где Фредрике доводилось бывать.
Санитарка остановилась возле одной из одинаковых белых дверей и решительно постучала, затем потянула за ручку и вошла:
– Вы в курсе, что она не разговаривает?
– Да.
Поначалу они попали в небольшой холл, затем прошли дальше в комнату – светлую и просторную, просто обставленную.
Теа Альдрин сидела в кресле, повернутом к окну.
Она осталась совершенно неподвижна: если и слышала, как они вошли, то не подала виду.
– Теа, к вам пришли.
По-прежнему никакой реакции. Петер быстрым шагом обогнул кресло и стал так, чтобы находиться в поле зрения пожилой дамы.
– Меня зовут Петер Рюд. Я из полиции."
"Фредрика поспешила встать рядом с ним. Она представилась более мягким тоном и пододвинула себе стул. Петер сделал то же самое.
– Мы здесь для того, чтобы задать несколько вопросов по расследованию, над которым сейчас работаем, – начала Фредрика.
– Вы помните девушку по имени Ребекка Тролле?
Никакого ответа, никакой реакции.
Теа не сильно постарела с тех пор, как ее фотографии публиковались в последний раз, в связи с выходом из тюрьмы. Седые волосы подстрижены простым каре, темные брови и острый нос. Заурядная пенсионерка.
Достав фотографию Ребекки, Фредрика подержала ее перед лицом Теа.
– Нам известно, что она побывала здесь, – проговорил Петер. – И хотела побеседовать о вашем прошлом.
– Об убийстве вашего бывшего бойфренда, – уточнила Фредрика.
– И об исчезновении сына, – добавил Петер.
В комнате повисла такая гнетущая тишина, что Фредрике казалось, ее можно пощупать, стоит только протянуть руку. У Петера напряглись желваки – чувствовалось, что он вот-вот взорвется.
– Вы помните киноклуб? – спросила Фредрика.
На лице старушки промелькнуло подобие улыбки, но та исчезла так быстро, что Фредрика засомневалась, действительно ли видела ее.
