Мистер Годар!
При виде старого знакомого я испытала облегчение, но это облегчение испарилось, стоило заметить, что бородач упорно избегает моего взгляда.
— Ну что же вы не присаживаетесь, леди? — Мужчина в нарядном мундире наконец соизволил обернуться. Лицо у него было крысиное, с острым, выдающимся подбородком, чуть раздвоенном на конце, с маленькими узкими глазками серого цвета, с впалыми щеками и резкими скулами. Волосы тонкими сальными прядями падали на лоб, похожие на ошметки паутины.
Под пристальным взглядом прокурора я опустилась на стул и услышала, как за спиной затворилась дверь: мой провожатый покинул комнату.
— Зачем я здесь?
Стул подо мной слегка шатался. Одна ножка явно была короче другой. Оттого в напряженной тишине то и дело раздавался глухой стук — это я ерзала на сиденье, пытаясь устроиться удобнее, и невольно стучала короткой ножкой по каменному полу. Но удобнее усесться не получалось. Чертов стул будто специально подобрали так, чтобы усилить моральный дискомфорт физическим.
Тем временем прокурор неспеша обогнул стол и оперся на него ладонями.
— Ваша бывшая хозяйка, леди Дельфина, дама, у которой вы несколько лет работали служанкой, обвиняет вас в краже своего имущества. Она утверждает, что вы тайно присвоили себе полторы тысячи золотых монет. Эти деньги она получила в качестве компенсации за смерть падчерицы, принесенной в жертву блэквудскому чудовищу.
— Что? Это какой-то бред. Я и есть ее падчерица. Я — Мэри Клоди. Это меня принесли в жертву чудовищу.
Это мои деньги.
В лицо будто плеснули кипятком. Стало жарко. Так жарко, будто у меня подскочила температура.
— То есть вы подтверждаете, что взяли эти деньги? — Своими маленькими хищными глазками прокурор вцепился в меня, как удав в добычу.
— Нет, я… Я утверждаю, что я и есть Мэри Клоди, падчерица леди Дельфины.
— В таком случае предъявите грамоту, удостоверяющую личность.
Грамота. Письменное свидетельство, которое выдавалось при рождении и в котором были указаны собственное имя, имена родителей и дворянский титул.
В Ниене этот документ служил аналогом паспорта.
Я едва не застонала от досады: память подсказала, что грамота Мэри всегда хранилась у мачехи в верхнем ящике секретера, под замком.
— Послушайте, у меня нет с собой грамоты, но мистер Годар, — я обернулась к бородачу, краем глаза успев заметить, как он дернулся, — мистер Годар… он лично отвозил меня в замок на холме и может подтвердить мою личность.
