Гонит меня через весь зал, сердито сопя сзади, и заводит за дверь с надписью: «Служебное помещение».
Мне становится не по себе.
Что мы тут забыли? Тянет сдать назад, но Герман перехватывает мою руку и тащит вверх по лестнице. Три пролета спустя, я оказываюсь в роскошной приемной. На первый взгляд пустой.
Мы вваливаемся в кабинет с красивой табличкой «Бергман» на двери, и Гера плюхает меня на кожаный диван.
– Что все это значит?
– Знаешь, Левина… Я вчера охренел, когда ко мне заявилась Марго и сообщила, что между нами ничего быть не может.
У меня каменеет лицо.
Он, что, притащил меня себя, чтобы пожаловаться, что его бросила баба?
Он в своем уме?
– Мы уже пятнадцать лет работаем вместе, душа в душу, а теперь мой ассистент боится поднять на меня глаза. «Герман, мне льстят ваши чувства, но я не могу на них ответить. Я замужем. Роза Моисеевна мне очень близка, я бы не хотела, чтобы из-за недопониманий мне отказали от дома».
Он явно цитирует Марго.
Мне-то какое дело? Я складываю руки на груди.
– Из матери я ничего не вытряс, кроме того, что «Яночка нам подходит больше, и Раечка все видела. А девочка страдает». Я вторые сутки в дурдоме!
Он нажимает на кнопку селектора.
– Марго, ты меня дождалась? Зайди, пожалуйста, ко мне! – рявкает Гера.
Я вся подбираюсь. Сейчас я увижу соперницу.
Дверь открывается, и заходит очень красивая женщина, блондинка лет пятидесяти-шестидесяти, сколько конкретно не понять, налицо мощь косметологических достижений.
– Герман, – устало начинает она мелодичным голосом, явно не заметив моего присутствия.
– Ну зачем вы так? Это пошлость – задерживать личного помощника, чтобы… У меня внуки, Герман, муж.
– За последние два дня офис оброс фотографиями ваших внуков! Я решил устроить очную ставку. Для чистоты эксперимента надо было и маму позвать, но она смылась к Раечке. Итак, знакомьтесь. Маргарита Лойе, мой личный ассистент и друг семьи, и Яна Левина, темная лошадка и восходящая звезда романсов, моя девушка и по совместительству стоматолог.
Скажите мне обе, что происходит?
Мы с Марго пялимся друг на друга с непередаваемым выражением лица.
У Марго преобладает смущение, у меня в круглых глазах, скорее всего, плещется море недоумения.
Если это Марго, то кто та, вторая?
Глава 51. На чистую воду выводят не того
У Бергмана нюх как у собаки.
Вычислил, откуда ноги растут, из невнятных слов Розы Моисеевны.
Комиссар Мегре, блин.
Перед Марго, конечно, неудобно.
