По-моему, в этом не будет ничего страшного. Тем более я ведь уверена: моя мама ничего не имела бы против. Так зачем понапрасну нервировать вашу, как ты считаешь? – вопросительно глянула она на своего спутника.
– Правильно мыслишь, – одобрил Том. – Будь уверена, я ничего не скажу. Давай-ка еще раз прокатимся.
– Ну, если только разок. Они ведь уже собираются уходить, – указала на маленьких девочек Полли.
– Ну и верни им санки, – махнул рукой Том. – Они все равно у них никудышные. А вот мои – совершенно другое дело.
Садись. Сейчас ты поймешь, что такое катание.
Полли устроилась спереди, а Том каким-то немыслимым образом, почти вися в воздухе, уцепился за санки позади нее, и головокружительный спуск, который они совершили, доказал, что мальчик расхваливал их не для красного словца.
Против такой «закалки» Полли совершенно не возражала, да и Тома как подменили. Забыв о браваде, он вел себя очень естественно и проявлял всю вежливость и предупредительность, на какую только способны мальчики его возраста, если они к кому-нибудь расположены.
Полли вдруг совсем перестала его стесняться. И они замечательно проводили время, от души наслаждаясь занятием, которое их обоих так увлекало и радовало.
– Ну, теперь уж самый последний раз, – повторяли то он, то она, поднимаясь снова на горку.
– Нет, теперь уж действительно самый последний, – вновь следовало после очередного стремительного полета вниз.
И эти «самые последние разы» следовали во множестве один за другим. Катаясь, болтая, смеясь, они совершенно не замечали, что солнце уже совсем закатилось за горизонт и померкло, и опомнились лишь в тот момент, когда бой городских часов возвестил о времени ужина.
– Опаздываем! Побежали! – всполошился Том, когда санки вынесли их на дорожку под горкой. – Да ты сиди, не вставай. Сейчас мигом тебя докачу до дома.
И не успела она подняться на ноги, как он, схватив привязанную к санкам веревку, ринулся на огромной скорости вперед.
– Ну и щечки, – с улыбкой глянул на Полли мистер Шоу, когда та, быстро пригладив перед зеркалом волосы, появилась в столовой.
– Вот бы тебе такой цвет лица, Фанни, – перевел он глаза на бледную старшую дочь.
– Да у нее нос сейчас красный, как клюквенный соус, – бросила свысока Фан, поднимаясь лениво из кресла, где провела, свернувшись калачиком, целых два часа за чтением душещипательного романа «Секреты леди Одли».
Полли, закрыв один глаз, другим посмотрела на нос.
– Ну да. Так и есть, – весело констатировала она.
