– Ранен? Что с тобой, Блохин?
– Нормально все, командир, – проворчал сержант, усаживаясь на землю и потирая ногу через голенище кирзового сапога. – Оступился. Чуть ногу не вывернул в темноте. Спешил поделиться сомнениями.
– Что там? Откуда пушка лупит?
– А черт его знает, – зло ответил сержант. – Там вроде и строений-то никаких нет. Где они прячутся? Может, пушки перетащили конной тягой? Так я и лошадей не вижу. Наверное, ржали бы. Может, танки, а, командир?
– Жди здесь!
Соколов вскочил обратно на броню и скрылся в башне.
Там он развернул карту и стал рассматривать местность, которая сейчас простиралась перед его танком. Судя по ориентирам, они уже вышли за окраину Воронежа. Слева, в нескольких километрах, – железная дорога, справа – водохранилище, а еще дальше – плотина ГЭС.
«Вот в чем дело, – догадался Алексей, разглядывая при свете фонаря топографическую карту. – Промоины, овражки. Вон их тут сколько. Поэтому территория и не освоена сельскохозяйственными кооперативами. Тут ничего не вырастишь и пасти животных опасно – ноги переломают! Немцы окопались в этих промоинах, танки поставили по овражкам, как в танковых окопах.
Хорошо, что ночь, не очень они там укрепились. Да и не укрепишься ночью. Хотя, – Алексей глянул на наручные часы, – вот-вот рассветет».
Выбравшись из башни, он спрыгнул на землю и лег за кучей кирпича рядом с Блохиным. Пришлось объяснять ситуацию на пальцах. Включать фонарик на простреливаемой немцами позиции было опасно.
– Понял теперь?
– Понял, командир.
Надо их огневые точки разведать, а потом гасить по одной.
– Да, другого выхода у нас нет, – согласился Соколов. – Если мы сейчас вырвемся из-за развалин и пойдем на них в лобовую атаку, они всю нашу пехоту положат и оба танка подобьют. Мы у них как на ладони, а они в балочках и промоинах притаились. Поползли вперед, надо осмотреться. На рожон не полезем.
Небо уже светлело. Когда Соколов с Блохиным под пулями добрались до первой линии своих автоматчиков, поле впереди было видно уже намного лучше.
Соколов приложил к глазам бинокль и стал осматривать местность.
Вокруг установилась странная тишина. Только горячились пехотинцы, постреливая из винтовок по шевелению впереди позиций. Коротко били ручные пулеметы. «Дегтярь» с нашей стороны, ему отвечал немецкий «MG». Со стороны немцев слышался еще какой-то шум. Кажется, там.
– К атаке готовятся, суки! – предположил Блохин. – А у наших патронов мало. И пуляют, демаскируют позиции, вояки.
