И это будучи сотрудником библиотеки! Пять лет жизни он отдал хлопотам в бюро обмена жилплощади, завел знакомства с домоуправами и, пользуясь чужой бедой — семейными неурядицами, страхом и нежеланием оставаться в старом доме после смерти любимого человека или репрессий против одного из членов семьи… короче, вполне законными способами он без конца расширял свою площадь. Теперь он жил в отдельной трехкомнатной квартире на третьем этаже нового дома высшей категории. В семье, кроме него, были еще лишь жена и сын-школьник.
Дом Гэ, обставленный с роскошью, ломился от мебели и вещей, которые он собирал годами, бегая по комиссионным магазинам города, тщательно высчитывая, отбирая, обменивая, приобретая, продавая…
В эту минуту, выставив вперед живот, он с независимым видом стоял перед своим старым однокашником Хоу Жуем. Его круглое лицо с заплывшими от жира глазами, мясистым носом, грубым чувственным ртом дышало довольством, сытостью, душевной леностью. В руках он держал большую плетеную корзину со свежими, только что купленными на рынке продуктами.
Хоу Жую бросились в глаза два торчащих из корзины мокрых рыбьих хвоста.
— Ого, да я с первого взгляда узнал тебя! — громко смеясь, вскричал Гэ. — Что ты тут делаешь? Разглядываешь машины?
— Я только вернулся из школы, вышел из автобуса, иду домой, — нехотя отвечал Хоу Жуй, не выказывая никакой радости по поводу этой случайной встречи.
— Как, вы еще не переехали отсюда? — так же громко спросил Гэ.
Этот вопрос для Хоу Жуя был как острый нож в сердце, и меньше всего ему хотелось обсуждать его с Гэ Юханем. Обладателя большой квартиры так и распирало от чувства собственного превосходства и самодовольства. Хоу Жуй по глазам собеседника понял, что тот мысленно сейчас представил их комнатушку, в которой живут три поколения семьи Хоу.
— Не волнуйся, тут скоро все пойдет на слом! — И, указывая свободной рукой в сторону перекрестка, Гэ добавил: — Говорят, в ближайшие год-два тут начнут строить эстакаду, уже заключен контракт с японцами, они дают деньги, оборудование, а строить будем мы сами.
Вот тогда и на вашей улице будет праздник… — И, не давая Хоу Жую возможности что-то вставить, вдруг сделал шаг вперед и, тыча ему в грудь своими толстыми коротенькими пальцами, вкрадчивым наставительным тоном продолжал: — Когда начнут сносить ваши дома, держите ухо востро, чтобы строительная контора не обвела вас вокруг пальца.
