Она взглянула в окно и объяснила:
— Это те, кого направили на строительство Заоблачного Особого района, собрались здесь перед отъездом!
— Как бы мне взглянуть?
— Ма, тебе разве можно вставать?
— Не волнуйся. Когда-то твоя мама вот так же собиралась в Заоблачные горы. Мне хочется посмотреть, как это происходит сегодня.
Дочь помогла мне, благо кровать стояла почти у самого окна. Я припала к стеклу и посмотрела вниз. На площади, на улицах — всюду, сколько хватало глаз, люди, флаги, машины, телеги, техника на грузовиках.
Да, все не так, как когда-то, в наши дни! Как ни извилист был путь, но жизнь все же идет вперед."
"Я смотрела, смотрела, и вдруг в глаза мне бросился рослый человек в старой армейской шинели, который произносил с грузовика, прямо под окном, речь перед шеренгами. Отделенная стеклом, я не слышала голоса, только видела энергичные движения руки. Золотистое сияние солнца ложилось на его лицо, наполняя его светом. Долго я вглядывалась в него, и руки мои задрожали, гулко застучало сердце.
Это же он, Ло Цюнь! Его могучая фигура, скульптурное лицо; двадцать лет я не видела его, а он все такой же, трудности лишь закалили его, но не изранили, напротив — он выглядел как-то даже крепче, выше, чем прежде!
Лицо мое пылало. Я прижалась к оконному стеклу и не мигая следила за Ло Цюнем. Он последний раз взмахнул рукой, выкрикнул какую-то фразу, и люди, флаги, техника — все пришло в движение.
Я следила, пока они не исчезли в дальнем конце улицы, и лишь тогда с трудом оторвалась от окна.
Легла, откинулась на подушку. Невольно взгляд упал на вазочки с цветами, и мысли мои полетели в Заоблачные горы!
Заоблачные горы — моя юность, моя любовь, мое дело: все, все начиналось там, и все там же оборвалось! Неужели ничего не воротишь?
Меня неудержимо потянуло поднять голову и вновь взглянуть на улицу, но там уже было пусто, я горько улыбнулась и покачала головой.
Но с этого дня во мне загорелось желание съездить в Заоблачный район.
Прошло время, я выписалась из больницы. Был как раз канун праздника поминовения. Мне пока не надо было идти на службу. Я раздумывала, не сменить ли работу на более подходящую для меня, практическую, да и жизнь надо было устроить как-то по-новому. Все следовало начать заново. А сперва я решила съездить в Заоблачные горы. Положить цветы к могиле Цинлань, найти Ло Цюня, поговорить с ним, пусть хотя бы раз — мне довольно и этого.
