Еще сказала, что сейчас в учреждениях, школах, на заводах все бурлит, люди изучают коммюнике третьего пленума, обсуждают, как направить всю работу на осуществление «четырех модернизаций». Говорила, говорила, а потом тихонько ойкнула:
— Тетя Чжоу Юйчжэнь вчера навещала тебя, эти две вазочки она поставила.
— Так это она принесла? А я все гадала, от кого бы это! Она тебе что-нибудь рассказывала?
— Какая она все-таки хорошая! — воскликнула дочь. — Как только папа уехал, выбрала свободную минутку и пришла ко мне.
Она мне многое порассказала. А иногда я даже плакала!
— О! Так что же она тебе рассказала?
— Ма, ты сейчас лучше не спрашивай! Во всяком случае, я немало поняла по ее рассказам. В нашей жизни произошло много такого, чего не должно было случиться, и не только во времена «банды четырех». Но есть у нас люди, прошедшие испытания и достойные того, чтобы мы учились у них!
Меня поразило, что дочь смогла все это высказать, эта школьница, которой только-только исполнилось шестнадцать.
А я все еще считала ее ребенком! Кивком головы я выразила свое согласие, и она продолжала:
— Тетя Чжоу еще сказала, что мы обязаны сделать выводы из ошибок прошлого. Выводы помогут избежать повторения ошибок и уверенно идти вперед. И я думаю, что это очень правильно. А ты как считаешь, мама?
— Именно так, девочка! — ответила я. — И еще выводы нужны вашему поколению — чтобы вам не пришлось столкнуться с тем же самым! А придет она сегодня?
— Чуть не забыла.
— Дочь поспешно вынула из кармана письмо и протянула мне, объясняя:
— Это она передала для тебя.
Я взяла письмо и медленно надорвала конверт. Она сообщила мне, что Цинлань, увы, покинула этот мир. Но успела узнать, что товарищ Ло Цюнь восстановлен в партии. Она умерла с улыбкой на лице, держа Ло Цюня за руку. Цинлань, писала Чжоу Юйчжэнь, помнила и о вас, сожалела, что так с вами больше не довелось встретиться, и выразила надежду, что вы еще приедете в Заоблачные горы и, возможно, захотите прийти к ней на могилу.
Юйчжэнь писала также, что уже официально приступила к работе в Заоблачном Особом районе, получила разрешение на перевод. А в конце она сообщала, что Ло Цюнь назначен секретарем парткома Заоблачного Особого района!
Пока я внимательно читала письмо, из-за окна летели бравурные звуки гонгов и барабанов, какие-то возгласы, ржанье лошадей, рев клаксонов.
— Что там такое? — складывая письмо, спросила я дочь.
