Его собрал один его старый подчиненный, работавший в электронном управлении, но мужа никогда не тянуло к музыке, да он и не разбирался в ней. Нам с дочкой порой так хотелось включить, а он всегда ворчал. Не знаю, что ему сегодня приспичило; может быть, женщина включила? Она, я видела через дверь, стояла около приемника, а У Яо с выражением необычайного интереса на лице сосредоточенно слушал.
Я чуть не расхохоталась.
Вскоре пришел завсектором Чжу, затем еще какие-то люди, гостиная была полна.
После ужина гости начали неторопливо расходиться.
Он еще позвал дочь, расспросил, что было, как вела себя за последнее время. С дочерью он тоже держался высокомерно и нередко полувсерьез-полушутливо роптал, что нет у него сына.
Только к десяти часам мы остались вдвоем. Лишь тогда он взглянул на меня и поинтересовался:
— Ну как, дома все в порядке?
— В порядке, — ответила я. — А ты поправился.
— Да? — Он вновь уселся на диван, повернул к себе торшер и, небрежно перелистывая свежие материалы, спросил: — Что на работе?
— Тебя ждут кое-какие проблемы.
— Обычное дело! — Он оторвался от бумаг и ухмыльнулся.
Очень не по душе пришлась мне его ухмылка, но я постаралась не обращать на это внимания и начала как можно мягче и спокойнее:
— Послушай-ка, хочу кое-что обсудить с тобой. — Я присела рядом с ним на диван, размышляя, как подойти к делу Ло Цюня и посоветовать мужу пересмотреть свою позицию: если когда-то человек ошибся, а потом исправляется — кто его за это осудит? Однако речь-то шла о Ло Цюне, и я какое-то время просто не знала, с чего начать.
Да, его так легко с места не сдвинешь, можно лишь подталкивать потихоньку.
Лишь только он услышал, что я собираюсь говорить о чем-то серьезном, как лицо его помрачнело, но он тут же снова усмехнулся и закивал головой. Я уловила его настроение и решила начать издалека.
— Ты еще не слышал, — спросила я его, — недавно один ответственный товарищ из орготдела ЦК выступил с речью?
— Да, я слышал об этом — и даже читал!"
"— То же самое говорил и другой ответственный сотрудник ЦК, — продолжала я, — но мне кажется, еще не все наши товарищи прониклись этим духом.
ЦК требует серьезно пересматривать дела безвинно пострадавших, а мы тут пока одно дело спихнем — другое затянем. Особенно медленно решаются проблемы, которые возникли еще до культурной революции, — они у нас пока даже в повестке дня не стоят.
Он хмыкнул вместо ответа.
