От этих историй можно отмахнуться — хотя и не так легко, как при свете дня, когда все кажется более знакомым. Но нельзя отрицать вероятность того, что они могут найти. Здесь есть реальная опасность — незнакомый и коварный в темноте ландшафт. Мужчины только сейчас начинают полностью осознавать это. Насколько они не подготовлены к этой ночной вылазке.
Ранее тем же днем. Джулс. Невеста
Я открываю глаза. Важный день.
Я почти не спала прошлой ночью, а когда уснула, мне снился странный сон: разрушенная церковь, я вижу, как вокруг оседает пыль, когда вхожу.
Я проснулась, чувствуя себя не в своей тарелке. Это паранойя от выпитого, точно. И я уверена, что до сих пор ощущаю запах водорослей, хотя прошло уже несколько часов с тех пор, как их убрали.
Уилл первым делом ушел в свободную комнату в знак уважения к традициям, но я поймала себя на мысли о том, что очень хочу, чтобы он был здесь. Неважно. Я дойду до конца усилием воли и благодаря приливу адреналина: мне придется.
Я оборачиваюсь и смотрю на платье, висящее на вешалке.
Защитная накидка развевается туда-сюда. Я уже поняла, что в этом месте есть ветер, который каким-то образом проникает внутрь, несмотря на закрытые двери и окна. Он кружит, целует тебя в шею, мягко, будто касаясь пальцами, пробегает по позвоночнику.
Под шелковым халатом на мне белье, которое я выбрала для сегодняшней ночи в «Коко де Мер». Самые нежные кружева, тонкие, как паутина, соответствующего мероприятию кремового оттенка. Очень традиционно, на первый взгляд. Но на трусах — ряд крошечных перламутровых пуговиц, которые можно полностью расстегнуть.
Мило, но на самом деле очень грязно. Я знаю, что Уиллу потом это очень понравится.
Движение за окном привлекает мое внимание. Внизу, на скале, я вижу Оливию. Она в том же мешковатом джемпере и рваных джинсах, в которых была вчера, босиком пробирается к краю, туда, где море разбивается о гранит, взрываясь пеной. Почему, черт возьми, она не готовится, как следовало бы? Ее голова и плечи опущены, спутанные волосы развеваются.
В какой-то момент она оказывается так близко к краю, к буйству воды, что у меня перехватывает дыхание. Она может упасть, и я не успею спуститься, чтобы спасти ее. Она может утонуть прямо там, пока я беспомощно стою тут.
Я тарабаню по оконному стеклу, но мне кажется, что она меня игнорирует или — допускаю такую возможность — не слышит из-за шума волн. К счастью, кажется, она отошла дальше от обрыва.
Ладно. Не буду больше за нее беспокоиться.
