За чашкой бодрящего напитка эти двое и разговорились. Начали с обсуждения современной крупной скульптуры, а дальше… Под бархатный баритон Вира и бас дяди я поняла, что свершилось невероятное: я захотела спать. Хотя, выходя из участка, готова была поклясться, что в ближайшее время не смогу сомкнуть глаз.
Сама не заметила, как провалилась в дрему. Она была как мягкое облако. Без всяких кошмаров и страхов. А потом чьи-то сильные руки подняли меня и куда-то понесли. Последним, что услышала сквозь сон, были слова: «Отдохни, малышка».
Мне снился луг, залитый светом. Трава, молодая и оттого особенно яркая, мягко пружинила под босыми ногами. Солнце купало меня в своих лучах. Я подняла голову и посмотрела туда, где по небу неспешно плыли легкие и узорчатые, как перья, облака. Прислонила ко лбу ладонь, согнув ее козырьком, вгляделась в лазурь над головой.
Тень. Она была огромной, словно грозовая туча, и стремительной, как бешеный порыв ветра. Стрела, немыслимых размеров стрела, будто выпущенная из гигантского арбалета, летела по небу.
В тишине раздался рев. Блеснула сталью черная чешуя, и лучи полуденного солнца закрыла здоровенная туша дракона, пронесшаяся прямо надо мной. Воздушная волна окатила меня, заставив пошатнуться, когда ящер взмахнул крыльями, набирая высоту.
Чиркнув по небу острым хвостом, он зашел на вираж. Круг над поляной, где я стояла. Еще один.
Завороженно смотрела я, как дракон приземлился на поляну, спружинив лапами, и сложил крылья. Его черная чешуя блестела на солнце броней, острый шипастый гребень, начинавшийся у шеи, шел вдоль всего хребта и заканчивался булавой на кончике хвоста.
Сильный. Опасный. Хищник. Созданный для того, чтобы убивать. Острые зубы, мощное тело, под чешуйчатыми пластинами которого перекатывались мышцы. Дракон склонил лобастую голову набок, точно дворняга, с интересом глянул на меня. В его лазурных глазах было… любопытство.
Хвост ударил по земле, дракон раззявил алую пасть, словно ухмыльнувшись. Мелькнул красный раздвоенный язык, точно ящер пробовал воздух на вкус.
Удивительно, но мне не было страшно. Скорее, как и дракону, любопытно. Я сделала шаг вперед. Дракон сложил передние лапы перед собой, наклонился, уркнув. Едва его голова опустилась, как я почувствовала: что-то неуловимо изменилось.
Голубые глаза с вертикальным зрачком моргнули. В них застыло невероятное изумление. Я замерла, глядя на дракона и не смея пошевелиться. Страх, зародившийся где-то в груди, расцветал морозным узором, бежал по венам, сковывал.
