— Так не должно быть.
— Я прошагал весь день, но ни капельки не устал. Готов был шагать ещё столько же. Когда мы начинали урок, был полон сил. А сейчас словно сдулся. Почему?
Мы помолчали, обдумывая такую странность. Вэйланд внимательно посмотрел на меня, причём, окинул взглядом все моё вытянутое, светло-коричневое, почти песочное, с более тёмными чешуйками на спине и почти жёлтым животом тело. Сейчас мы были примерно одинакового размера, потому что, благодаря крепким, словно бронированным чешуйкам, дракон весит гораздо больше, чем другое живое существо его размера.
К тому же, огромные крылья и хвост тоже забрали себе часть веса. Поэтому, крупнее у меня стать не получалось.
— Кажется, я понял, в чём дело! — воскликнул он вдруг. — Ты говорил, что обернувшись орком, стал сильным и неутомимым, верно?
Я кивнула.
— То есть, ты берёшь физические качества того, в кого превращаешься?
Снова киваю.
— А сейчас ты — младенец! Ты превратился в настолько маленького дракона, что сил у тебя в этом облике — совсем чуть.
Потому-то тебя так и утомляют попытки летать. Твои крылья ещё слишком слабы, да и сам ты — тоже. Похоже, зря я всё это затеял, — вздохнул мужчина. — Придётся нам пробираться через перевал пешком.
— Или верхом, это быстрее, — успокоила я его. — Твоя рана очень быстро заживает, скоро сможешь сесть на лошадь, не зря же мы их столько времени с собой таскаем.
Нахлынуло облегчение — больше никаких выматывающих тренировок. Но и печаль кольнула — всё же жаль, что не получится полетать драконом, я уже научилась правильно махать крыльями, просто сил не хватало.
Но если я смогу увеличить свой вес — то смогу и летать. За последний год я проделала большой путь, может, на следующий, я уже не буду казаться драконьим младенцем?
Утром я решила искупаться, благо речка была под боком, и берег был очень пологим, удобным. Не решаясь делать это в виде орка — вдруг Вэйланд проснётся и увидит меня голым, пусть тело у орка на первый взгляд мужское, вот только не везде, — я осталась дракончиком.
Искупалась, натёрлась песком, снова ополоснулась. Потом посмотрела на свои передние лапки, которые оказались очень даже ловкими, подумала, и выстирала свои орочьи одёжки, развесив их на ветках сушиться на солнышке. Порывшись в припасах, решила сварить на завтрак супчик из остатков окорока, пока не протух. Натаскала в кострище нового хвороста, посмотрела на огниво, подумала… и решилась. Осторожно дунула — и вот уже весёлый костерок пожирает сухие ветки.
