Ну и ко мне — помоги, мол, заплачу. Я часть повозки разгрузил, приподнял край, он колесо назад набил. Мне за это денег дал. Раньше-то у меня свои были, зарабатывать прежде не приходилось. Так приобрёл новый опыт. Стал подработку искать, спасибо одежде, силы у меня было немеряно. Подзаработал немного, припасов купил, сапоги, котелок, ещё кое-что, по мелочи. Надо бы дальше идти, да страшновато. Кто знает, сколько ещё по тем лесам разбойников шастает. С людьми безопаснее было бы, можно было в караван какой наняться, да боялся себя выдать, как с тобой вот.
— И что же ты в итоге придумал?
— Я орков увидел. Двое их было, а шестерых разбойников приволокли, двоих связанных и четыре трупа. Они их за вознаграждение вылавливали и шерифу сдавали. И я тогда подумал — если двое орков сами разбойников ищут, то даже один будет в безопасности в лесу, разбойники шарахаться от него будут. Рассмотрел их повнимательнее, вышел из города и обратился. И уже больше месяца так иду. Удобно. И не только из-за безопасности. Я стал сильным, неутомимым, кожа крепкая, мошкара не кусается, колючки всякие не страшны.
Может, вообще орком останусь. Навсегда.
— А как же твой настоящий облик? Ты совсем к нему возвращаться не собираешься?
— Не знаю. Может, когда-нибудь. Сейчас это небезопасно. Да и, если честно, не особо-то он и удобный, мой настоящий облик. Я невысокий, худой, слабый. В своём облике я бы не смог пройти столько, даже четверти не смог бы. Поэтому, пока не буду в безопасности, — а когда это произойдёт, я и сам не знаю, — к своему истинному облику не вернусь.
— Твоё право. Если так ты считаешь себя в безопасности…
— Не просто считаю — я в этом убедился. — Мы немного помолчали, а потом я решился. — Вэйланд, а почему твой кузен хотел тебя убить?
— Наверное, чтобы стать наследником моего отца. Я — единственный сын, мой отец… он богат. Очень. Я до сих пор не могу это осознать, но чем дольше думаю, тем больше мне кажется, что Бастиан задумал это уже давно. Вся эта наша поездка — такая авантюра, а предложил её он.
Мы ведь даже никому не сказали, куда направляемся, охрану не взяли. Сейчас я чувствую, что меня развели, как мальчишку, но я всегда верил Бастиану. А он, видимо, мне завидовал.
— Так бывает, — сочувственно кивнула я, вспоминая собственных братьев.
Я хорошо помню, с какой ненавистью Кермит смотрел на Болларда с тех пор, как отец назвал того наследником. Ведь Кермит родился первым, да только именно у Болларда третья категория оказалась, а у Кермита лишь четвёртая.
