В нём звучало: «Если Мракокрад так для тебя важен, то почему ты не рассказала нам раньше?» и даже: «Значит, он для тебя важнее, чем я?»
Ночная первой отвела глаза.
– Может быть… не знаю, – призналась она.
– Я не могу позволить тебе освободить Мракокрада! – проскрежетал ледяной.
– Прежде всего, ты не можешь мне приказывать! – отрезала Луна. – Поговорить разумно, выслушать, постараться убедить – другое дело.
– Но только не сейчас, – зевнул морской дракончик. – Давайте уж выспимся как следует, а обсудим всё утром, ладно?
– Согласен, – кивнул песчаный.
– Я тоже, – буркнула ночная.
– Договорились, – заключил Холод.
Слушая их горячий спор, Беда невольно засомневалась в такой уж великой ценности друзей. Хорошо ещё, на неё саму никто не рычал.
– Я сплю снаружи, – объявила она, вставая.
– Под дождём? – удивился Карапакс.
– Меня не промочит… И потом, говорят, я сильно ворочаюсь во сне.
– А, тогда понятно, – согласился он, нервно дёрнув крыльями. – Отличная мысль.
Беда улыбнулась ему и вышла на дождь.
Выбрала более-менее укрытое место в основании утёса и, свернувшись клубком, продолжала думать о чудесном свитке и его легендарном хозяине Мракокраде, пока не уснула.
Впервые за много лет сон её был мирным. Разгневанная королева Пурпур больше не гонялась следом по запутанным коридорам, никто не горел в когтях – ни огня, ни дыма, ни предсмертных воплей, только покой и тишина…
– Беда! Беда, проснись!
Её разбудил тычок в плечо, за которым последовал испуганный крик. Морской дракончик отскочил, бросив в сторону объятую пламенем палку.
Она потянулась, зевая. Насмешливо фыркнула, кивая на палку:
– А ты чего-то другого ждал? – и тут же нахмурилась, заметив за спиной дракончика ещё две пары встревоженных глаз.
– Что такое?
– Луна исчезла, – вздохнул Карапакс, – и свиток тоже.
Глава 21"
"Мир после грозы сверкал и переливался, солнечные лучи играли бликами на мокрых скалах, а небо, казалось, только что выкупалось в кристально-чистом горном озере. Столько драконов в небе Беде ни разу не доводилось видеть – каждому хотелось размять крылья среди всего этого великолепия.
Чаще всего, конечно, попадались небесные, и она виновато подумала, что надо было первым делом сообщить королеве Рубин об успешно перехваченном свитке.
Только вот успех теперь выглядел сомнительным.
– Как она могла! – нервничал Холод всю дорогу на юг. – Да нет, не могла, нельзя же… Нет, не стала бы.
Вихрь молчал, задумавшись.
– М-м… А может, она… – начал Карапакс.
