— И мне еще нужны будут какие-нибудь баночки небольшого размера, чтобы приготовить эти все лекарства и они могли там храниться, — я сообразила, что у меня нет тары.
— Хорошо, раздобуду, — улыбнулся мужчина и вышел из палатки. А я продолжила выдавливать по капельке сок чистотела.
Глава 9."
"Антонио вернулся с целой корзиной баночек и скляночек. Где он это добро нашел, оставалось лишь догадываться. Но по изысканным надписям полагаю, что чем-то пожертвовала фаворитка короля. Сомневаюсь я, что у суровых солдат имелись флаконы из тончайшего стекла с ароматным шлейфом розы.
— Вы ограбили леди Фрию? — я улыбнулась мужчине, а он усмехнулся в ответ.
— Она сама, — мужчина как-то слишком весело посмотрел н меня.
— Сама? — переспросила и приподняла вопросительно бровь.
— Конечно сама, но после того как ее настоятельно попросил это сделать король, — внес уточнения глава Тайного отдела.
— Тогда ясно, — я расставила перед собой весь улов господина Маттиоли.
— Мне нужен вазелин, — я протянула руку, и мужчина вложил в нее банку.
Я решила сделать каждому больному свою мазь на всякий случай. В глиняной плошке я смешала четыре ложки вазелина и ложку, доверху наполненную соком чистотела, и тщательно вымешала получившуюся консистенцию. Разложила в две баночки. Получилась коричневая мазь. Баночки прикрыла крышечками и отставила в сторону.
— Так, этой мазью смазывать все поврежденные участки тела, где очень сильные расчесы. Можно даже в интимных местах.
Но если будет жечь или больно, то надо будет смыть сразу же чистой водой, — инструктировал я Антонио, а он снова достал блокнот, вроде бы даже тот же самый, что был у него в руках, когда мы инспектировали лазарет.
Я перешла к приготовлению следующего рецепта. Когда я наткнулась на куст чистотела, рядом нашла аж два высохших. Я, недолго думая, выдернула их с корнем и, пока Антонио ходил за тарой, перетерла их в труху. Потом взяла кувшинчик со сливками и смешала эту труху, полученную от листьев и мелких веточек.
— Вот эту болтушку нужно поставить в холод и дать ей настояться, — я показала на кувшинчик с довольно широким горлышком. — Ночь настоится. А завтра перед баней часа за три-четыре пусть обработают себя этой болтушкой, а в бане все смоют, — продолжала я рассказывать, что и как применять. Отставила в сторону кувшин, а Антонио прикрыл горловину плотным куском мешковины и перевязал тесьмой. Я одобрительно кивнула.
