Да и слухи об этом наверняка бы уже появились, все-таки «Поцелуй», на самом деле, очень дорогое удовольствие, и заказывают его люди состоятельные и именитые.
— Значит, можно пробовать?
Я дождалась утвердительного кивка и погрузила в «облако» длинную золотую ложечку, стремясь поскорее достать до сердцевины. Вдохнула ни с чем не сравнимый запах, поднесла ко рту первый кусочек и зажмурилась, почти опьяненная новыми восхитительными ощущениями.
У десерта был вкус счастья. Иначе не скажешь.
Лето, солнце, детство, мамины ласковые руки, веселый смех сестры...
Воспоминания нахлынули разом, наполняя душу довольством и безмятежностью. Да, Эгнар Гьин, действительно, мастер, а его кулинарная магия выше всяких похвал.
Я положила в рот еще одну ложку, проглотила и открыла глаза.
— Вкусно, — доверительно сообщила внимательно наблюдающему за мной Вэйдену. — Попробуй.
— Я не люблю слад... — начал он.
— На этот раз придется. Служанка говорила, что его обязательно нужно есть о вдвоем.
Давай следовать правилам и не вызывать лишних подозрений. Ну же... хоть пару ложек.
Герцог скривился, но все же придвинул к себе свою порцию.
Сквозь открытые окна кондитерской ярко светило солнце, играя на стенах и столе радостными бликами. В ореоле его лучей сидящий напротив Алистер выглядел совершенно иначе. По-особому. Не так, как обычно.
Невероятно привлекательно, я бы сказала.
Вэйден, конечно, почти враг, глава тайной канцелярии, к тому же, без пяти минут помолвлен с другой, и вообще нас связывает непонятно что, но… Но все-таки он удивительно красивый.
Надо честно признать. Смелый, талантливый, обаятельный. Да что там мелочиться — просто идеальный мужчина. Неотразимо сексуальный…
Картинка, возникшая в голове, обдала жаром, заставив сердце биться сильнее и чаще.
Огромная кровать, та самая, из нашего номера. Смятые простыни. Два обнаженных тела, сплетенные в жарком объятии.
Искаженное от страсти лицо Алистера, его поцелуи, мои закрытые глаза.
Сцена, которая пронеслась перед мысленным взором, казалась такой реальной, что я с трудом сдержала стон. И вдруг, вопреки всему, захотелось попробовать. Нет, не десерт... кое-что другое. Ощутить, узнать, каково это: сгорать в его объятиях.
Повинуясь внезапному импульсу, наклонилась над столом, протянула хрипло, не узнав своего голоса:
— Ну… как?
И улыбнулась.
