Видимо, повар «Глотка удачи» действительно владел кулинарной магией.
— Ах, леди, – восхищенно зажмурилась Ойза, когда блюдо почти опустело. — Его милость, ваш супруг, такой замечательный. Обходительный, красивый. А уж какой щедрый...
Девушка на мгновение умолкла, видимо, вспоминая светлый облик богатого и великодушного красавца «виконта».
— Муж меня балует, — с довольной улыбкой подтвердила я. — Но, думаю, ты много таких пар, как наша, видела. В номере ведь только молодожены останавливаются?
— Да, это же апартаменты для новобрачных, — кивнула девушка.
— Хотя... вот незадолго до вас леди ночевала. Совершенно одна. Ее жених не смог сразу с ней поехать, и они договорились здесь встретиться. Но он все равно сразу снял для нее эту комнату, а сопровождающим велел удовлетворять любой каприз своей госпожи. Чтобы она, значит, ни в чем отказа не знала. Так ее любил. А леди… Очень уж она его ждала. Скучала. Все у окна стояла, да на ворота смотрела. Весь вечер и полночи.
— И как? Приехал ее возлюбленный? — я подтолкнула к Ойзе блюдо с последним пирожным.
— Бери-бери, я уже наелась. Больше ни кусочка не влезет.
— Нет, не приехал, — вздохнула служанка. — Прислал письмо под утро. Уж что там в нем было, не знаю, да только леди очень расстроилась и сразу засобиралась в дорогу. А через некоторое время приехали дознаватели. Все вверх дном перевернули, да о нашей гостье выпытывали.
Девушка отложила недоеденное пирожное, наклонилась ко мне и, блестя глазами, сообщила громким шепотом:"
"— Сдается мне, леди эта с женихом-то своим против воли родных сошлась и сбежала из дома.
Вот ее и искали. Меня тоже допрашивали. Да только что я сказать могла? Леди со мной не откровенничала и о своих планах не сообщала. Мы с ней только о пустяках разных беседовали... Вот, как с вами.
— Что, тоже о пирожных? — улыбнулась я.
— Да хоть и о пирожных, — неожиданно согласилась Ойза. — Она их очень любила. Вспоминала, какие вкусные лакомства в доме ее сестры готовят. Грустила, наверное, по семье. А еще сказала, что давно мечтала попробовать один очень редкий десерт, и скоро у нее появится такая возможность.
Тогда она непременно сестре напишет.
— Что за десерт? — насторожилась я. — Мне бы тоже хотелось...
— Ой, название такое интересное, — хихикнула девушка. — «Горячий поцелуй». Нет, «жаркий»... Или все-таки «горячий»? Не помню точно.
— «Поцелуй», говоришь?..
Я допила взвар, посмотрела на пустое блюдо и кивнула Ойзе.
— Ладно, давай вытираться и одеваться.
