— Нет, Иших, — произнес раздраженный мужской голос. — Ты мне не нужен. Сам разберусь. Да, как всегда. Исчезни.
Гилгик.
Главный служитель верховного небожителя собственной солнцеликой персоной.
Мягко хлопнула, закрываясь, входная дверь. Шаги звучали все ближе и ближе, уверенно так, решительно. Я, кажется, вовсе перестала дышать, но тут жрец свернул в сторону и остановился.
В полнейшей тишине прошло несколько томительных секунд, а потом...
Наверное, мне не стоило выглядывать — это точно было бы безопаснее, но желание узнать, зачем почтенный жрец с утра пораньше пожаловал в библиотеку, оказалось сильнее.
Розыскник я, в конце концов, или нет?
Прислушалась к себе — в последнее время я все больше и больше доверяла собственному чутью, но внутренний голос загадочно молчал, и я осторожно потянулась к едва заметному просвету между шторами.
Гилгик стоял совсем недалеко, у полки, где лежали книги об Ирате. Впрочем, его святейшество интересовали вовсе не рукописи, посвященные забытой богине, а стена рядом со шкафом.
Именно по ней он сосредоточенно водил руками, вырисовывая какие-то странные фигуры. Еще и бормотал при этом.
Миг...
Другой...
Слабый шелчок...
И часть стены попросту испарилась, открывая неглубокую нишу.
И из этой самой ниши Гилгик прямо на моих глазах вытащил небольшую книжечку в красивом таком ярко-фиолетовом переплете. Тут же начал торопливо ее листать, как будто что-то искал — определенные страницы или строки.
Нашел, вчитался, сжал кулак и зашипел сквозь стиснутые зубы. Мне даже почудилось, что верный служитель Солнцеликого помянул проклятого Гхирха.
Что же святошу взволновало?
Мне до такой степени захотелось самой заглянуть в книгу, что даже руки от нетерпения зачесались. Наверное, я все-таки пошевелилась или слишком громко выдохнула, потому что Гилгик вдруг оторвался от рукописи, вскинул голову и насторожился, прислушиваясь.
Я снова затаила дыхание. Даже руку приложила к шее, сдерживая бешеные удары сердца, которое, казалось, билось теперь где-то в горле.
И тут прямо передо мной, на портьере, возникла физиономия Ишиха. Дух оглядел меня, оценивающе прищурился и… дохнул прямо в лицо. А потом исчез, словно его и не было.
Сотни крохотных, острых иголочек впились в кожу, и в ту же секунду жрец расслабился. Перестал сверлить подозрительным взглядом полки и опять углубился в чтение.
Отвлекся он лишь минут через десять.
