Льепхен беззастенчиво дрых под бальными платьями, свернувшись в тугой комок. Кончик ядовитого хвоста подрагивал во сне. Мое появление зверя не впечатлило. Я уже открыла рот, чтобы высказать все, что я думаю о чешуйчатых собаках с грустными глазами.
Но в этот момент в дверь постучали.
Глава 7. Беглец
Льепхен тут же встрепенулся и оскалился. Но я шикнула:
– Сиди тихо! Не знаю, кто это, но тебе лучше не показываться.
С этими словами я осторожно расправила подолы платьев, чтобы прикрыть зверя. А затем плотно притворила дверцу шкафа и пошла открывать.
Я надеялась, что поздней гостьей окажется Эолалия или кто-то из моих сокурсниц, а не Бланко с отрядом стражи. Второе было вероятнее, и сердце замирало. Отдавать бедного зверя, чтобы его снова заперли в клетке, не хотелось.
Требовательный стук повторился, и я отворила дверь. И с удивлением обнаружила на пороге…
Симона. Парень смотрел на меня оценивающе.
– Разве тебе можно заходить на девичью половину этажа? – настороженно прошептала я.
Он также тихо ответил:
– Мне много что можно.
Надо поговорить.
Я нехотя посторонилась, пропуская его в комнату, и заперла дверь. Но сесть не предложила. Да и Симон не стремился проходить. Окинул взглядом мое скромное жилище и прислонился к стене рядом с дверью. Я по-прежнему глядела на него настороженно, и он понял это по-своему.
– Не беспокойся, – с усмешкой пояснил парень. – Даже если меня кто-то здесь увидит, про нас ничего не подумают. Твой род недостаточно знатен, чтобы я тобой интересовался.
Я сердито фыркнула и скрестила руки на груди.
– Зачем тогда пришел?
– Ты и правда не сдала нас вчера. Хочу отплатить тебе за это небольшой любезностью.
Его тон не был самодовольным. Парень воспринимал собственное превосходство как очевидный факт. Но я насупилась. Меня покоробило такое отношение."
"– Ничего мне не нужно, – процедила я в ответ. – Поступила так, как считаю правильным. Уходи, я весь вечер отбывала наказание у декана Бланко и хочу спать.
А еще я хотела, чтобы он не увидел льепхена. Поэтому однокурсника стоило выставить за дверь поскорее.
Но Симон только усмехнулся в ответ:
– Даже если в благодарность я расскажу тебе о том, за что борются наследники Лассалей?
– За титул и землю, за что же еще? – с деланым равнодушием пожала плечами я.
Но ему удалось меня заинтересовать. Симон почувствовал это и улыбнулся. А затем подался вперед и негромко произнес:
– Титул и земли Лассалей – пшик. А вот то, что в этой земле находится…
Он сделал многозначительную паузу.
