Интересно, он вел меня сюда?
Над моей головой раздалось нетерпеливое шипение Феликса:
– Ну? Где там твоя чувствительность к магии соннов? Ищи давай!
– Не мельтеши тогда, – попросила я. – А то ничего не видно.
Он послушно взлетел к потолку, я прикрыла глаза и прислушалась к себе. Ладони на этот раз не зудели, а ныли, и уже довольно ощутимо. Я медленно начала обходить кабинет по кругу. Больше всего подозрений у меня вызывал стол ректора и стена за ним, а также камин. Но ломота усиливалась вовсе не там.
Поколебавшись, я остановилась у подоконника и неуверенно произнесла:
– Где-то здесь.
Феликс завис рядом со мной и недоверчиво хмыкнул. Лютик преданно сидел у моих ног. Только в этот момент я заметила, что зверь успокоился. Будто я наконец пришла туда, куда надо, и его долг выполнен. Ладони начали гореть. А затем, повинуясь странному и внезапному порыву, я протянула их к подоконнику, который так манил своей прохладой. Только инстинкт самосохранения удержал меня.
Лютик вдруг снова зарычал, а за дверью послышались голоса,
Испугаться я не успела.
В следующий момент льепхен сбил меня с ног и прижал к полу.
– Уносим ноги! – выпалил Феликс.
Золотистые хвостовые перья обхватили меня за пояс, и в следующий миг мы снова провалились в пустоту.
На этот раз снова пришлось лететь, но невысоко, и приземление вышло мягким. Мягким и… знакомым.
Я открыла глаза и застонала.
Комнату освещал мягкий свет ночника. Бланко не спал, но явно собирался это сделать. Он сидел на кровати, и я могла в очередной раз лицезреть его обнаженный торс и удивленно распахнутые лавандовые глаза.
Нет, ну почему снова сюда?!
Я приподнялась на локте, но ситуация менее пикантной не стала. Теперь я почти уткнулась носом в плечо Бланко, на котором шевелились черные завитки. Моя татуировка тоже проснулась, вдоль позвоночника пополз легкий холодок.
Мы с деканом одновременно возмутились:
– Феликс!
Тот плавно вознесся к потолку и ответил:
– Недовольных в следующий раз уроню на мраморный пол в ванной.
– Не надо, – поспешно выдавила я и отодвинулась от Бланко.
Услужливое воображение тут же нарисовало картину, как я появляюсь в ванной в тот момент, когда он там находится.. С моим везением только это и может произойти…
Мы и сейчас слишком близко друг к другу.
Я села на постели. А затем до меня дошло, что в кровати теперь нахожусь не только я, но и тот, кому декан совсем не рад.
Льепхен оскалился и спрыгнул на пол. Я ринулась за ним и позвала:
– Лютик! Не уходи!
Но встать мне не дали.
