А что касается во-вторых…
– И что же во-вторых?
Я сощурилась хитро, словно лиса, и ехидно спросила:
– А кто тебе сказал, что беременность нежелательная? Она, наоборот, ох какая желательная! Я как о ней узнала, знаешь как сильно обрадовалась? О такой беременности только мечтать можно! Такой отец у ребеночка будет… Не отец, а загляденье. Твоя Татьяна Львовна с внуком возится?
– Какая тебе разница?
– Большая. Теперь не только с внуком, но и с ребеночком моим будет возиться. Все ж не чужие.
Пожалуй, я ее прямо сейчас и извещу о перспективах.
Направившись демонстративно к входной двери, я услышала громогласное: «Стой!!!», и резко остановилась.
– Ты сама не ведаешь, что творишь… Какая, к черту, беременность?! Мы с тобой и переспали-то совсем недавно. Может, ты еще этого ребенка не выносишь. Зачем извещать Татьяну Львовну сейчас?!
Мы с Александром поменялись ролями, и теперь он останавливал меня, чтобы я не вздумала выходить из комнаты, потому что наш разговор еще не закончен.
– Ты хочешь, чтобы я принесла тебе справку?
– Какую справку?
– О своей беременности.
– Зачем она мне нужна?
– Смотри, а то могу принести. За мной дело не станет. Что касается того, что я ребенка не выношу, то не переживай. Еще как выношу! В этом плане у меня организм как часы, сработает нормально. Я буду девять месяцев носить этого ребенка и при этом и тебе, и твоей жене, и чересчур впечатлительной Вике капать на мозги по поводу своей беременности.
А как только рожу, то сразу пройду все анализы для того, чтобы доказать твое отцовство, а когда оно будет установлено, я сразу заявлю о своем ребенке публично. Да и еще, папа Саша! Я забыла тебе сказать о самом-самом главном.
– Что еще?! – На лице Александра читался откровенный ужас.
– На случай, если ты вдруг решишь расправиться со мной и с нашим еще не родившимся ребеночком, я сразу хочу поставить тебя в известность: несмотря на наличие больших денег и связей, ты залетишь по полной программе.
Я уже написала заявление, что если со мной что-то случится, чтобы искали тебя. Я сообщила фамилию, имя и отчество человека, которому интересна моя смерть, и мое заявление находится в надежных руках.
Я уже хотела было открыть входную дверь, но Александр вскочил и не позволил мне этого сделать. Он перегородил дорогу, вытирая капельки пота со лба.
– Стоять, я сказал!
– Стою.
